Некрофамилианин I. Адаптация

Но тот теперь смотрел на препарат с интересом, основательно подогретым совершёнными возлияниями.

Однако же последующая реакция Маркуса Андрея всё же удивила.

– Почему ты утратил веру в некрофамилианство? – вдруг спросил он, поглаживая перстень с мортинитом в серебряной оправе.

Протасов нахмурился.

– Полно те, друже, это ведь личное!

– Но если кратко? – не отступил тот.

Граф пожевал губу. Раздумывал долго, как прогулявший лекцию студент на сдаче предмета. Наконец:

– Я веру утратил не в некрофамилианство, а в жизнь.

Маркус вздохнул:

– А если нет, то раствориться в Бесконечной Мгле...

– А если нет, раствориться в Бесконечной Мгле, – твёрдо повторил Андрей.

– Не одобряю… – некроиерей почти икнул, но сдержался, – однако крепкое мужское решение твоё принимаю вцелости…

Он задумался, всё ещё глядя в раскрытую табакерку.

– Допустим, – кивнул старик, теперь поглядев графу в глаза. – Согласен осмелиться на экспериментирование, друг мой, но с одним условием.

– Вот те раз! – рассмеялся Протасов. – А, пусть даже и так, уговорщик! Давай своё условие, поторгуемся!

– Мы вкусим твоего «криоконита», но после заберём сию замечательную бутылку и направимся в ближайший – и он же единственный, – Некрофамилианский Дом!

Андрей снова изумился, на этот раз продемонстрировав совершенно юношеский темперамент.

– Вот те раз да ещё раз! Это ещё зачем?!

– Пойми, граф… – негромко, чуть распевно от пряного рома, ответил Маркус. – Я же судьбину посвятил переубеждению таких вот упёртых, как ты. И в данном случае манкировать обязательствами тоже права не иму.

– Якорь мне под хвост… да зачем же тебе это?

– Причина имеется… – лукаво улыбнулся некроиерей. – Потому вот тебе моё условие – идём в Дом, там я покажу тебе всю мощь некрофамилианства со стороны, которой определённо не было и быть не могло в твоём душнейшем училище! И уж если после посещения ты не переменишь своего отрицательного отношения… Что ж, тогда я тему клянусь более не поднимать.

Протасов рассмеялся и пригладил волосы.

– Ох, некрофамилиане, всё бы вам финтить да народ в Дома заманивать!

Маркус нахмурился, но беззлобно; отмахнулся, как мог бы сделать другу, которого знавал не первый день.

– Перестань, граф! – попросил он, снова удержав икоту.