Некрофамилианин I. Адаптация

– Я ведь верно прочитал вывеску и попал в место, где угощают пилигримов? Как можете видеть, уважаемый хозяин, я отношу себя к таковым. Правда, если будет дозволено выбирать, я бы предпочёл не пенное и кислое, а кое-чего покрепче!

Уолш хмыкнул и что-то пробормотал под нос. Но, в отличие от более чистокровных земляков, опасливо креститься не стал. Зазвенел бутылками под стойкой, извлёк из коробки стакан. Седовласый некроиерей тем временем неторопливо пересёк кабак и остановился напротив Протасова.

– Вы определённо русский, не так ли? – негромко поинтересовался он на языке Пушкина и Достоевского.

Андрей хмыкнул, откинулся на спинку стула и приподнял бровь.

– Выходит, маскировка под местного обитателя не очень-то помогает?

Некроиерей улыбнулся, осторожно, вежливо, но всё равно очень по-доброму:

– Открою вам тайну, у меня просто острейшее чутьё на соплеменников.

Он стоял по другую сторону круглого стола, внимательно изучая лицо Андрея Константиновича, будто хотел запомнить каждую морщинку.

– Странный выбор места для служителя Даров, – прокомментировал молодой граф, с достоинством выдержав пронзительный взгляд.

Старик покачал головой, стряхнул с рукава несколько дождевых капель и огладил бородку.

– Знаете, – доверительно понизив голос, поделился он, – сказать по чести, британская корона не считает русских людьми белой расы. Да и отчего бы скромному служителю не пропустить рюмку сугубо экзотического? Может быть, даже в компании соотечественника…

Протасов улыбнулся столь непосредственному речевому манёвру, пожал плечами и небрежно указал на свободный стул.

– От компании не откажусь. Ждал своего шкипера, но тот, вероятно, в очередной раз трухнул зимнего дождя…

Дважды некроиерея приглашать не пришлось, и через секунду он присел напротив графа; стянул сумку, уложил на пустой стул рядом.

– Никак не могу привыкнуть, – посетовал он, подворачивая рукава балахона, – что в июле тут самый разгар зимы…

– О, да, – охотно согласился Протасов, – первое время это воспринимается очень странно.

Хозяин-полукровка принёс наполненный стаканчик, поставил перед стариком. Тот потянулся за пазуху, но Андрей Константинович опередил. Жестом фокусника вынул пару монет, припечатал к столу и придвинул Уолшу.

– Я угощаю, если позволите, – сообщил он не предполагающим возражений тоном.