Некрофамилианин I. Адаптация

Подступил, наклонился, сунул руку сквозь перфорированную конструкцию на бедре и ощупал штанину.

– Смотри-ка, – глухо пробормотал он, – не надул…

Он выпрямился, поморщился от боли в рёбрах, и поднял к свету золотистый портсигар. Бегло осмотрел, сунул во внутренний карман сюртука, но тут же схватился за виски, чуть не разбив правый сжатым в пальцах револьвером.

– Заткнись! – закричал Харитонов в пустоту, заставив Андрея вздрогнуть. – Сейчас не время!

Протасов хотел что-то сказать, утешить и ободрить, но вместо него голос подал вдруг притихший Пудовый.

– Ну что, падаль, – просипел тот, зверино отфыркиваясь от лезшей в лицо соломы, – давай, сука, стреляй уже, раз стреножил… Не боялся никогда смерти, и ты бояться не заставишь!

Илья обернулся.

Его тяжёлый взгляд будто бы обвалился внутрь, в самые мрачные глубины человеческого сознания. Он опустился на колено, поднял револьвер и приставил к виску бандита.

– Господин Ха… друг мой! – тут же встрепенулся Андрей. – Милейший друг! А можно обойтись без этого?

Харитонов поднял голову, и теперь в его глазах подмечалось чуть больше осознанности.

– При общении с подобными господину Пудовому, ваше сиятельство, – внятно и очень неспешно проговорил Илья, – оставлять таковых средь живых будет означать для нас лишь постоянное ожидание мстительной пакости.

Солома угодила Пудовому в нос, и он оглушительно чихнул. Протасов вздрогнул, решив, что этого точно хватит, чтобы палец компаньона дёрнулся на спусковом крючке.

– Не стану я пакостить… – промычал бандит.

– Не станет, слышите? – повторил Андрей с нервным вибрированием в голосе. – Давайте признаем, он не производит впечатление ловкого обманщика…

Харитонов бросил на него столь насмешливо-недоверчивый взгляд, что и добавлять ничего не требовалось. Протасов же, как оказалось, мысль свою был готов развивать.

– Сами судите, – предложил он, не с первой попытки убирая заряженный наган в карман сюртука, – цыганчик посыльный нас и правда к нему привёл, как и обещано было.

– Ещё скажите, – Илья прищурился и чуть сильнее придавил ствол «Княжича» к вихрастой голове, – что он правда деньги нищим на инстанты раздаёт…

Пудовый вдруг дёрнулся. Не в решительной попытке высвободиться-таки из разломанного «вээскона», а как задетый за живое или несправедливо оболганный.