Отражения судьбы

И спрашивай что интересно, я теорию постараюсь объяснить. Никто от тебя ничего требовать не будет, разумеется. Придется дать показания, чуть позже, но и только.

Саша смотрит на мага с непониманием.

– У меня не так много денег осталось со стипендии. И…

Серафим поднимает руку.

– И ты переживаешь из-за ерунды. Живи здесь, это во-первых. Во-вторых, тебе то, что в нынешних словах, кажется, отпуском по нетрудоспособности называется, положено. И в-третьих – у меня этих денег столько, что хватит и ученикам твоих учеников, так что перестань волноваться по этому поводу.

Словно в ответ на слова мага на кухню зашел изрядно округлившийся Боня, и без раздумий запрыгнул Саше на колени.

– Кажется, еще недавно ты весил куда меньше, – пробормотала она, поглаживая замурчавшего кота.

– Разумеется меньше, его после вашего отъезда кормили мы все, в последнее время, – Серафим почесал в затылке, – вроде как одновременно. Уж больно жалобно мяукал. В общем, Саша, давай мы с тобой договоримся, – ты не переживаешь без повода, хорошо? Так-то тебе полагается медаль за всю эту историю, орден или еще что-то, хотя в мире магии такое не принято.

Ты живешь здесь, пока мы тебе не надоедим окончательно, гладишь кота, стараешься больше не подсовывать мне ручек с исчезающими чернилами, пьешь оранжевую гадость и прислушиваешься к моими рекомендациями. Добро?

Саша кивает, пусть и с некоторой осторожностью.

– Вот и отлично. Единственная просьба – Миклош тут недавно накачал на компьютер какого-то скрежета вместо нормальной музыки и утверждает, что индастриал, или как его там, тоже рок, а мои взгляды, кажется, считает уже устаревшими.

Поговори с ним, ладно? Я понимаю, что для него сама концепция заводов – та еще экзотика, но все-таки. А то уши в трубочку сворачиваются от этих лязгов и грохота. А потом что будет – черные рифмованные стишки про наркотики и пистолеты? Я не вынесу.

Саша только усмехается.

– Хорошо. Я постараюсь привить ему хороший вкус.

– Я смирюсь, конечно, если что. Но – попробуй, хорошо?

Саша кивает.

И улыбается. Счастливо улыбается.

Эпилог

– Мартина рвет и мечет, – Карина отрезала себе гигантский ломоть мяса и налила еще вина. Потом понюхала содержимое бокала и поморщилась. – Где ты взял эту мочу? Ладно, не важно, вкуса у тебя никогда не было, хлещешь себе крестьянское пойло.

– Извини, не я три сотни лет владею виноградниками, – Серафим тянется к пиву.

– А зря. Я предлагала, – Карина взмахивает вилкой, накалывая еще кусок стейка. Потом смотрит на Сашу.