Отражения судьбы

И что бы у тебя не было сомнений и искушения жалеть – все, что я делаю, я делаю добровольно. Ты разрушила мою жизнь, и я разрушу твою.

Больше говорить было явно не о чем.

Остаток пути Саша предпочла молчать. На удивление, уезжать из Крыма Аня и ее друг явно не собирались. Более того, Нива, развернувшись, с немалой для такой грузной машины скоростью устремилась вдоль побережья обратно, к Судаку. Саша даже с некоторой ностальгией бросила взгляд на в один момент промелькнувшую по левую сторону от дороги крепость.

Но точкой назначения оказался не Судак, и вовсе не какой-то из крупных городов, а небольшой поселок в бухте на побережье, едва ли в часе пути. Нива подъехала к аккуратному коттеджу, ворота которого начали медленно и бесшумно открываться. Саша усмехнулась про себя несоответствию шикарного и явно очень дорогостоящего дома в этом солнечном месте и побитого жизнью авто.

– Твоя нанимательница не захочет, чтобы у тебя было то, что я тебе дала, – Саша ловит Аню за руку еще до того, как авто начинает заезжать во двор.

Плевать, что будет. Она должна предупредить. Должна сказать. Это ведь Аня, в ней должно же хоть что-то остаться от той девушки с ясным и чуть задумчивым взором, с которой они Новый Год отмечали. Должно же, верно?

Аня нажимает на порез. Не кинжалом – рукой. Садистка… И как она раньше не замечала?

– Стефания стояла за планом с бомбой в Свободе. Стефания послала твою мать на смерть в Судаке, но Светлана жива. Клянусь.

От еще одного жесткого прикосновения расходится яркая, огненная вспышка – и мир исчезает в боли.

Приходит в себя Саша лежа на весьма роскошной кровати. Рядом на стуле обнаруживается новенькая одежда и ее собственные телефон. Отражения и собственных сил Саша по-прежнему не ощущает. Это даже хуже, чем почувствовать себя голой неизвестно где. Пусть потрепанные вещи на месте, без магии, без привычной силы в разум прокрадывается страх. Она хотела встретиться с Пауком... И что теперь будет? И как она вообще тут оказалась?

Саша медленно поднимается, пытаясь вспомнить, как попала в чью-то весьма дорого обставленную спальню.

Все в светлых тонах, легких и мягких. Комод, пара шкафов персикового цвета, персиковые же шторы, персиковые ковер, светлые стены… Здесь должно уютно. Наверное. Но Саша кожей ощущает тревогу. Ей доводилось просыпаться после Свободы не в своем доме, и тогда тело болело, и не только тело. Но тогда она чувствовала… Определённо что-то иное. Тепло? Наверное. Здесь же точно было холодно.