Бессердечный принц. Раскол

Здесь витраж заменили, тут закончили с восстановлением декоративной отделки. Ничего интересного.

— Занятно, — протянул Алексей и медленно повернулся ко мне.

— Он вел себя очень грубо, намекал на нашу любовную связь. И Яшкин тому поспособствовал своей припиской.

Я подняла голову и невольно засмотрелась на Алексея. Красивая ледяная статуя: сердце не бьется и мозги робота. Пока другие опирались на чувства, он использовал исключительно логику.

Солнечные блики заиграли в волосах, которые при обычном освещении казались черными.

Но стоило случайному лучику запутаться в густых прядях, как рыжеватые зайчики выглядывали из тени. Небольшая ямочка на подбородке придавала внешности цесаревича пикантности. Хотя сейчас ее скрывала аккуратная бородка.

Ровный нос, узкое лицо, бледность кожи намекали на аристократизм и достались ему от матери-полячки. Притом, что она никогда не принадлежала к дворянскому роду, поскольку вышла из семьи какого-то там не слишком удачливого бизнесмена. Но, как болтали при дворе, его древо уходило корнями аж в историю Ливонского ордена.

Правда или нет, однако сей факт позволил морганатическому браку состояться. Что ненадолго подняло авторитет царской семьи в глазах народа. Потому что истории о Золушках всегда хорошо заходили простым людям.

— Мы решим вопрос чуть позже. Передам секретарю, чтобы он включил в расписание личную встречу с главой Государственного банка, — одернув рукав пиджака, Алексей прошел к рабочему столу.

— А что с моим заводом? — чуть холоднее положенного спросила я.

Для народа он оставался будущим правителем, для мужчин — кумиром. А для пустоголовых дурочек — объектом пристального внимания. Насмотревшись на английских принцев, каждая девица в России мечтала выйти замуж за императорского сына.

За месяцы, проведенные с цесаревичем бок о бок, я узнала его куда лучше многих. Потому последующая реакция не стала для меня неожиданностью. Лишь неприятным подтверждением без того известных вещей.

— Зачем он тебе? — скука в голосе Алексея заставила передернуть плечами.

— Ты сыта, одета, обута. Твои безмозглые падчерицы ни в чем не нуждаются. Вон, — он кивнул на те самые листки. — Глянь отчеты. Сотни тысяч рублей на платья и салоны красоты. Я, право, шокирован. Моя официальная любовница тратит в месяц меньше, чем ее драгоценные дочурки.

Смешно, обхохочешься просто.

Я взглянула на ноготки, которыми мечтала выцарапать серые глаза его ядовитого высочества.