Думер

А показалось, что вечность. Я реально был уже готов принять тот факт, что находился в отключке часы, а то и сутки — при падении легко мог еще и сотрясение заработать. Правда, в таком случае можно и в принципе не проснуться — бандитам Шрама не составит труда выстрелить в затылок и выкинуть меня в ближайший мусорный контейнер как отработанный материал.

И эта мысль сразу как-то воодушевила. В том смысле, что разожгла желание действовать. Во-первых, потому что такие подонки позволяют себе подобное в центре Питера, не стесняясь вообще ничего.

И во-вторых, как бы и правда не посчитали меня за умирающего.

Крутанулся на живот, выставил руки, поднялся на колени. Потом встал. Пошатывался как пьяный, глубоко дышал, но стоял.

— Хватит с тебя, — жестко сказала Ассоль. — За мной.

И повела меня в хату. И только там, когда рядом не было лишних ушей и глаз, помогла забраться на мою койку и сочувственным голосом проговорила:

— Отдыхай, пока есть возможность.

Хотел попросить добыть мне попить. И одновременно хотел во что бы то ни стало обсудить план побега — вот прямо сейчас, невзирая на мое состояние, сходу.

Еще много чего хотел.

Но сон меня опередил.

Проснулся от женского крика «ужин» и резво подскочил. Сердце билось до невозможного быстро, дыхание было участившимся, но… Что интересно, боли больше не было. Ни в голове, ни в спине. Я проснулся вспотевшим, с тремором в руках и легкой панической атакой, словно кошмар приснился, и тем не менее дискомфорта не испытывал.

А, стоп! Все-таки испытывал: жрать хотелось до невозможного.

К хате как раз подъехала тележка, выдавали подносы с едой. Ну я и подорвался, в момент спрыгнул с койки и едва не обрушился на Иваныча, который стоял в очереди за порцией.

— Не торопись, «Рояль» еще не наливают! — хохотнул он.

Встал аккурат за Иванычем, дождался, когда ему выдали поднос, и получил еду следующим. Стола для приема пищи здесь не было, все просто садились и ели на нижних койках — своих или ничейных. Я поступил аналогично.

В тарелку была наложена субстанция, напоминавшая одновременно рыбный салат и оливье.

На вкус — обычная еда, разве что попадаются кусочки соленых огурцов, которые давали привкус тухлости. Но в целом — нормально, новогодний оливье порой и то дольше живет. Компот был разбавленный, пресноватый, с белым осадком на дне. Выпил за милую душу.

Порция едва ли утолила голод — после сна аппетит проснулся с небывалой силой.

— А подносы куда? — спросил я, когда завершил прием пищи.