Думер

Не сдерживающей себя, высокомерной, острой на язык. Ей нравилось в это играть. И ей хотелось в это играть. Возможно, со скуки. А может, у нее были и другие мотивы.

— Итак, сначала я должен вас окончательно разочаровать, — заговорил я после паузы. — За мной нет никакого рода, у меня нет ни единого родственника или человека, готового за меня поручиться. Даже согласившийся присутствовать достопочтенный Отто Виц знаком со мной не более как пару часов.

— Ферцаюнг, — развел руками некромант.

— Так что если вы надеялись состричь с меня… — продолжил я.

— Впрочем, неважно, на что вы надеялись. Важно то, что я могу вам предложить. Знакомы ли вам графы Медведевы и, положим, род Тамбовских?

Мироновы не ответили. Вопрос был слишком очевидным, ответа не требовал. Они ждали продолжения. И я продолжил.

— Мне известно, что сегодня вечером между ними будет происходить стрелка. В центре города, на оживленном перекрестке. И несмотря на кажущуюся «видность», это не помешает им устроить бойню. По крайней мере, Медведевы подтянут туда очень много своих сил.

Вновь тишина. Ну и ладно, пусть осмысляют.

— Мне также известно, что у Медведевых в столице есть несколько нелегальных… предприятий по обработке акрия. Оттуда продукт поступает в лавки «Дары Колумбии», ну а дальше сами знаете.

— Смешно, — сказал Миронов. — «Поставщик двора» что-то производит нелегально? Это как сказать, что император незаконно владеет титулом императора.

— Ну, в некоторых кругах сегодня гуляет такое мнение, — осторожно заметил Отто.

— Вы не можете не знать, что получение Медведевыми «поставщика двора» произошло очень неоднозначно. Все это знают.

На слова некроманта Миронов едва заметно кивнул.

— Значит, акрий, — задумчиво проговорил он, уставившись в одну точку.

— Акрий, — согласился я. — Много акрия. Его обрабатывают рабы, лишенные права видеть свет дневной. Так что о законности речи и не идет.

— К чему вы ведёте? — спросил Миронов.

— Можно воспользоваться временем, в которое Медведевы будут на стрелке, и…

— У-у, — присвистнул Миронов.

— Не продолжайте. Исключено. Ради прекращения одного беззакония совершить иное — не наш метод. Мы никогда подобным не занимались и не будем впредь.

— Вторгнуться на территорию других дворян, — добавила княгиня, — чревато в любых аспектах. От репутационных до уголовных. Если вы приравниваете нас ко всей этой бандитской клоаке, то наносите нашему роду глубочайшее оскорбление.

— Если бы приравнивал, то даже не пытался бы наладить диалог.