Думер

Перекресток, рядом с которым находился неформальный андеграундный клуб «Молоко», был уже забит машинами, и Григорий остановил свою «бэху» подальше.

Разносящийся рок был слышен даже с улицы, хотя само «Молоко» находилось в подвале. На входе — трое накачанных мужиков в черных майках. Григория они явно узнали, а вот меня пропускать отказались.

— Он со мной, — нетерпеливо рявкнул им аристократ, и нас пропустили.

Внутри было антуражно. Стены, полные плакатов, фотографий, автографов и «приветов» от посетителей.

Отдельно от клубной зоны находился маленький бар с несколькими столами — давка была такая, что тяжело даже просто стоять. Узкие коридоры, обилие людей. А музыка уже орала.

По пути Григорий непрерывно пожимал руки знакомым и обменивался парой фраз.

— Дуй в зал, Думер, — прокричал мне в ухо Григорий. — Я сейчас с корешами найдусь, и вкипитярим! А пока давай для рывка…

С этими словами аристократ вытащил из кармана куртки флягу, отпил и протянул мне. Отказываться не стал — что бы там у него ни было налито, трезвому в этом месте оттягиваться — то еще испытание.

Или срабатывало то, что я не привык к таким заведениям и пока чувствовал себя некомфортно.

Жидкость была незнакомая. Не спирт — нечто иное, близкое к зелью. Я прямо чувствовал, как пищевод становится холодным, как нечто неизвестное начинает колбасить меня изнутри, разгоняет кровь.

Ох, лучше бы это был спирт. Ноги стали ватными, онемели, казалось, еще немного, и упаду. В голову тоже ударило. Григорий же, посмеиваясь, затолкнул меня на танцпол и прокричал напоследок что-то вроде: «Двигай ближе к сцене».

А на сцене жарили настоящий панк. Это даже походило на стереотипное, старомодное представление о панк-роке: прыгающие молодые ребята, их корчащиеся фигуры, мотания башкой, истошные вопли в микрофон. И все это вместе создавало энергетику, которую дичайше подхватывала толпа.

Не помню, сколько прошло времени, когда мне начало нравиться. Еще считанные секунды назад ты чувствовал брезгливость от потных тел — и мужских, и женских, — которые касаются тебя со всех сторон, потому что помещение клуба довольно небольшое, к тому же душно.

И вот уже ты прыгаешь вместе с ними, машешь руками и подпеваешь песням, слов которых не знаешь. Похоже, неизвестный напиток Григория вштырил меня не на шутку.

В ушах звенело, сердце билось как после спринта, но я чувствовал себя в своей стихии. Расслаблялся, забывал обо всем, сливался с толпой и наслаждался.