Город без имени

Сектор в городе выбирают отнюдь не из соображений качества дома и удобства. Скорее это сектора подбирают себе жителей; время суток определяется личностью.

Поэтому Ночной сектор населен не самыми приятными в общении созданиями.

Бывают, конечно, и исключения. Бывают жизнерадостные и веселые существа, которых свет убивает; и потому в Дневном им делать нечего. Но таких немного.

Я знаю все сектора; за годы жизни здесь мне довелось исходить ногами и лапами каждый. Увы, при моей профессии место действия не выбирают.

Одолеть черного мага я не могу, даже с амулетами. А значит, мне понадобится помощь. Надеюсь, что мне ее окажут.

Он сидел на крыльце своего дома и, поворачивая гладкую деревянную доску под лучами света без солнца, вырезал тонкий узор острым лезвием. Как всегда, он не рисовал узор заранее, и не опасался его испортить. Просто четко представлял его себе еще до того, как приступить к работе.

Точнее, к одному из своих хобби.

– Глас, – позвал я.

Он поднял голову и улыбнулся.

– Доброго времени, Андрао. Что тебя в Дневной занесло?

Глас ниже меня на голову, худощав и строен. Волосы у него очень светлые, практически белые, а серый взгляд мягок. И рядом с ним чувствуется свежесть – но не ветра, как от сильфов, а скорее морозного утра.

– Хотел попросить тебя помочь, – крыльцо было широким и я сел рядом. Вкратце рассказал о деле.

Глас помолчал и кивнул.

– Только помни, что я не всегда могу помочь.

– Разумеется.

– Тогда пошли.

По пути мы завернули ко мне; надо было оставить уже ненужные амулеты и прихватить вместо них другие полезные вещи. Нет, определенно, плащи – великое человеческое изобретение. Очень уж много в них помещается.

Вечный вечер понемногу перетек в вечную ночь; я машинально поднял голову к небу.

Луны, как и всегда, не было. А вот россыпь звезд имелась.

Над какими мирами они светят? И существуют ли вообще… или это только совершенная иллюзия, созданная творцом города без имени? Вряд ли кто-то когда-то узнает правду.

Глас тоже посмотрел вверх, и в его взгляде промелькнула острая, почти невыносимая тоска. Но лишь на мгновение; потом он вновь вернулся к своему обычному мягкому спокойствию.

Мы шли, все дальше углубляясь в Ночной сектор. Здесь, как и во всем городе, нет никаких табличек с названиями улиц, и никогда не было.