Лихой гимназист

– Коли есть оружие, сдай, – сказал парень.

– Нет оружия, – произнёс я.

– Обыскать надо.

Парень похлопал меня по карманам, а потом попросил расстегнуть шинель и задрать штанины и, не найдя ничего подозрительного, велел следовать дальше. Мы прошли миновали ещё одну комнату и остановились перед запертой двустворчатой дверью. Тут была ещё одна дверь – она была открыта и вела в переднюю парадного входа.

– Оглобля, – крикнул молодой человек хриплым фальцетом и несколько раз с силой ударил кулаком по двери, – это я, Дикий.

– Иду я! – послышался из-за двери грубый недовольный бас. – Чего барабанишь, супостат? Не учил я тебя, как надо?

– Запамятовал, – ответил Дикий.

– Запамятовал, – передразнил голос в комнате, – лупить тебя надо, чтобы не запамятовал.

Дверь открыл хорошо одетый мужчина. Его бежевый сюртук был расстёгнут, а внушительного размера пузо обтягивала жилетка, на которой поблёскивала золотая цепочка от часов. На пухлых пальцах Оглобли красовалось несколько золотых перстней, а щёку, покрытую короткой растительностью, обезображивал шрам.

– Проходите, – коротко произнёс он.

Мы оказались в комнате, которая одновременно являлась и кабинетом, и спальней. Тут имелись кровать, письменный стол, два шкафа: один с фарфором, другой – со всякими безделушками. Внушительных размеров мягкий диван был застелен узорчатым покрывалом в восточном стиле. На стене возле печки висела картина с библейским сюжетом, на столе стоял чайник.

– С чем пожаловали? – Оглобля уселся за стол. – Не стойте, располагайтесь. Рассказывайте, по какой нужде?

Дикий встал возле двери, загородив её и отрезая мне путь к отступлению. Я же сел на стул и сложил руки так, чтобы быть готовым в любую секунду применить чары. Если не удастся договориться, придётся пустить в ход магию.

– Мне нужна книжка. Руководство по владению тёмными чарами. Я знаю, что она у вас есть, поскольку один мой приятель продал вам её около месяца назад. Хочу выкупить, – проговорил я, наблюдая, как меняется лицо толстяка. Ему явно не понравились мои слова.

Глава 7

Мы с Оглоблей сидели друг напротив друга. Глаза барахольщика судорожно забегали, а правая рука его скользнула под стол.