Гопак. Том третий из книги 1 "Крымская станица". Серия de la Фентезятина.

И призадумался: а не порождаем ли мы, каза́ки, вот те самые пустые сущности, которые "они", которые утягивают смысл и суть из окружающей жизни в пустые мечтания? Сводя веру к памяти и привычке, не порождаем ли мы сами безверие и пустоту, заполняемую потом программами партий, классами, манифестами и прочей пропагандистской мишурой? Но с усилием отвлёкся от важных, но несвоевременных мыслей, занялся делом: опять разделился на я-Тело и я-Тень, смотался проверить, как дела в Месте Круга, убедился, что всё штатно, вернулся обратно.

-- Есть каза́ки, и есть казаки́. Казаки́ — это, как правило, особое сословие, служивый люд, осознанно или случайно выбравший себе такую планиду — жить на краю, помогать униженным и оскорблённым так же легко и свободно, как дышать; казаки́ — люди границы, порубежья, грани, той грани, за которой враждебная пустота, на которой, собственно, и проверяется каждый, что в тебе есть настоящего, человеческого, а что — тлен, понты и суета несусветная.

-- И есть каза́ки, то есть мы, те, которые уже не могут, не смогут жить нигде, кроме как на этой грани добра и зла, человечности и зверства, утверждая человеческое и истребляя зверство — как в себе, так и вокруг себя. Это наше дело, это наш долг, но это и наш крест — если мы не сможем этого делать, если мы не будем так жить, то путь нам один — в вурдалаки.

-- Как казаки́ живут рядом с обычными людьми, как их иногда называют, мужиками, но не смешиваются, не пересекаются, так и каза́ки живут и рядом, и вместе с казака́ми, но, будучи даже внешне неотличимы друг от друга, всё равно всегда будут различны, никогда не смешаются. Это всё равно как из мужика делать казака́ — очень долго, трудно и муторно, и проще плюнуть, так и из казака́ делать каза́ка — слишком много чего отличает казака́ от мужика, слишком много чего отличает каза́ка от казака́.

-- В казаки́ можно самому и добровольно вступить, призваться, приписаться к войску, то есть сознательно и самому делать и сделать из себя казака́, каза́ком только рождаются. Говорят, правда, что каза́ком может стать покусанный, как вурдалаком от вурдалака… Сие есть бред, ибо никто никогда так каза́ков не делал — только другим, естественным, семейным, приятственным способом.