Миссия

Макс выпрямился; между ними лежала черта, но не пелена злобы.

– Если вам что-нибудь понадобится от меня, я буду рад помочь.

Тим ответил кивком. Чутьё подсказывало, что австриец может быть полезен – если не ему, то науке.

На душе улеглось; мысли обретали упорядоченный вид.

«Возможно, есть целая сеть стражей врат, гейткиперов. Их так же мало, как нас – искателей истины. Иначе бы не собирали персонал с миру по нитке».

Ему приоткрылся лишь уголок, малая часть системы, веками раскинутой по земному шару. От такого впечатления сердце захолонуло.

«Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство Ангелам».

* * *

Ради вечеринки в честь гостя, или по какой другой причине, но ужин был куда роскошнее обеда. Проворная кухарка и её бойкие помощницы славно потрудились – манящий дух щекотал ноздри. В ароматы тушёного мяса, овощей и перца вплетался запах спелой дыни, а с ним прежде незнакомый Тиму кисловатый душок забродившего сока агавы.

Потягивая хмельной напиток, Тим пытался вспомнить, как его делают. Вроде, это процедура хитрая, отчасти магическая, полная хитростей и суеверий. Даже перевозка портит пульке, поэтому вне ареала агавы его не отведаешь. Но здесь, похоже, агава растёт, и ранчерос квасят пульке для себя.

– У соседей есть бродильный чан, – охотно подтвердил Гойо, сам хорошо угостившийся вприкуску с дыней. – Пока сами ковбои не нажрутся в хлам, можно прикупить у них ведро-другое. Наших там полно, порядок знают досконально – баб кровящих к чану сроду не подпустят, и ни богохульства, ни матерной брани. Так что продукт выходит первый сорт, какой архиепископу налить не стыдно. Главное, чтоб Макс успел с канистрой и деньгами!..

Сегодня Макс успел, и теперь блаженствовал за общим столом; на лице его блуждала улыбка.

Порозовевшие лица, смех, звонкие голоса. Лампа с проводом, протянутым мисс Галлахер. Тренькала струнами Онората, подворачивая колки – всё предвещало музыку и танцы.

Купол небес над Домом Седого стал густо-синим. На востоке, в лилово-чёрном бархате, уже робко мерцали первые звёздочки, а запад ещё догорал оранжевым заревом – чуть выглянешь в патио, тотчас представится, что Дом стоит посередине между тьмой и огнём.