Хроники вечной жизни. Проклятый дар

"Видимо, не зря мы тогда подозревали дю Руэ в шпионаже", - мелькнуло в голове у королевы, она ни на секунду не усомнилась, что узнала негодяйку. Она с силой дернула шнур от звонка и приказала появившемуся мажордому:

- Велите немедленно найти мадемуазель де ля Беродьер дю Руэ и препроводить в мою библиотеку! Глаз с нее не спускать!

Екатерина подошла к бюро и мельком просмотрела лежавшие в беспорядке бумаги. Недоставало письма от папы! Ну ладно, она ей устроит!

Немного успокоившись, королева обернулась к Диане:

- Что вы желали показать мне, мадам? И почему именно здесь, в моей спальне? Уж не то ли, что мы увидели?

- Ваше величество, - Диана изобразила растерянность, - я не верю своим глазам.

.. Я имела в виду совсем другое, мелочь... Не могу в это поверить. Возможно ли, чтоб одна из ваших фрейлин решилась на такое?!

- Оставим это, - прервала ее Екатерина, - расскажете позже. Мне нужно идти, сейчас приведут дю Руэ.

Диана многое бы отдала, чтоб присутствовать при буре, которая вот-вот разразится над головой фрейлины, но перед дверью библиотеки Екатерина велела оставить ее, и Великой сенешальше пришлось вернуться в бальную залу.

Ее величество едва успела сесть в кресла, как дверь распахнулась, и Луиджи Аламанни, почтительно поклонившись, объявил:

- Мадемуазель де ла Беродьер дю Руэ.

Луиза шагнула в комнату и присела в реверансе, подобрав подол своего бледно-желтого платья. Королева жестом велела ей приблизиться и, еле сдерживая гнев, воскликнула:

- Как это понимать, мадемуазель?!

Растерянная девушка долго не могла взять в толк, в чем ее обвиняют, а когда поняла, разразилась слезами.

- Ваше величество, - лепетала она, - клянусь вам... это ошибка, поверьте... я ни в чем не виновна пред вами.

- Стыдитесь! - гремела королева. - Я видела вас, а вы имеете дерзость говорить, что не виновны! Если бы вы признались, покаялись и вернули письмо, я, возможно, забыла бы о вас, и вы могли бы спокойно жить где-нибудь вдалеке от двора. Но ваше упрямство, мадемуазель, и ваше предательство вынуждают меня применить к вам строгие меры.

Вы будете арестованы и пробудете в Шатле до тех пор, пока не выдадите мне письмо и ваших сообщников.

Как ни умоляла Луиза, как ни отрицала свою причастность к преступлению, королева не желала ее слушать. Тем не менее, она решила предпринять последнюю попытку получить признание добром. Подойдя к девушке, Екатерина почти спокойно проговорила:

- Прошу вас, мадемуазель, одумайтесь, отдайте мне письмо.