Хроники вечной жизни. Проклятый дар

Малышка была третьим ребенком Екатерины и Генриха, кроме нее у них была еще одна дочь, Елизавета, и старший сын - трехлетний наследник престола Франциск.

Едва оправившись после родов, королева призвала к себе нового секретаря. Ежедневно по много часов она диктовала ему письма.

Во Франции разгоралось нешуточное противостояние между католиками и гугенотами, и король Генрих, как ранее его отец, прилагал немалые усилия для подавления реформаторства в стране, всячески преследуя протестантов. Но те не сдавались, более того, многие знатные особы перешли на сторону гугенотов, и такое противостояние грозило королевству едва ли не расколом.

Екатерина, как могла, помогала супругу в деле сохранения католической веры. Еженедельно Франсуа писал под ее диктовку десятки писем, которые затем разлетались в разные уголки Европы. Королева просила, убеждала, уговаривала, обещала и даже грозила - все для того, чтобы привлечь на сторону Святейшего Престола и своего супруга как можно больше сторонников в борьбе с реформаторством.

***

Весть о внезапно появившемся родиче королевы быстро облетела весь двор, он стал популярен и вскоре "за заслуги перед Францией и по случаю рождения дочери нашей Клод" король пожаловал ему титул шевалье. Несколько раз случалось, что на торжественных приемах король заговаривал с ним, причем весьма милостиво, а для королевы Франсуа со временем стал поверенных в ее душевных делах.

А вот Диана де Пуатье его практически игнорировала. После истории с веером она подумывала, как наказать нахала - ведь нельзя же, в самом деле, позволить, чтобы хоть один человек при дворе не оказывал ей должного почтения! - как вдруг прошел слух, что Романьяк приходится кузеном королеве.

И Диана сочла за благо оставить Франсуа в покое, но с той поры неизменно демонстрировала ему свое пренебрежение.

Для шевалье де Романьяка большой неожиданностью стали постоянные переезды королевского двора. Его величество жил то в Лувре, то в замке Турнель, расположенном на Королевской площади Парижа, то в Мадридском замке в Булонском лесу, то в замке Сен-Жермен-ан-Лэ в двадцати лье от столицы, то в Фонтенбло, то в Блуа.

А вместе с королем из замка в замок постоянно перемещался его многотысячный двор. Около пятнадцати тысяч лошадей тащили кареты с людьми и повозки с мебелью, коврами, посудой, бельем, холщовыми палатками и прочей утварью. Передвигались медленно, останавливаясь на ночлег в аббатствах и на постоялых дворах.