Оружейник Хаоса

Главной и единственной проблемой, которая мучила меня после первого задания, было: кого из девочек пригласить на Рождественский бал? И как сделать это так, чтобы другая – не обиделась?

Надо сказать, что заметившие мое состояние девочки мне почти не помогали. Точнее – они очень старались помочь, но…

- Гарри, о чем ты думаешь? Луну на бал одну не пустят, а я могу и одна пройти! – настаивала Гермиона.

- Вот именно, - качала головой Луна. – Я – третьекурсница, мне на этот бал можно вообще не ходить! А не пригласишь Гермиону сам – ее пригласит Крам.

Разумеется, о том, чтобы последовать этим взаимоисключающим советам не могло быть и речи. Так что пришлось идти на поклон к леди Вальбурге. Благо, как глава Дома я имею право обосновать свое отсутствие в школе «делами Дома». Раньше, до начала проклятого Турнира, Дамблдор мог не позволить мне этого, мотивируя несовершеннолетием. Но сейчас я уже признан в качестве дееспособного Главы не только министерством, но и Волей Магии, не отвергнувшей подношения, принесенные ей в ходе ритуалов инициации, закрепляющих за мной права совершеннолетнего.

Разумеется, в запасниках Темного дома нашелся темный ритуал и на такой случай. Потому как главой Дома, поддерживающим отношения более чем с одной девушкой я был не только не первым, но даже и не в первом десятке. Судя по подлинному генеалогическому древу (а не тому, которое демонстрировали посетителям на стене) – гаремы в той или иной форме заводили двое из каждых трех глав Дома Блэк, что были «Всегда чисты!» Причем, что интересно, при главах Дома, хранивших верность единственной подруге – Дом, как правило, переживал упадок.

- А почему мы прячем этот гобелен? – спросила Гермиона. Использованное местоимение, показавшее, что девочка уже не отделяет себя от Дома Блэк, вызвало одобрительную улыбку на лице пожилой женщины.

- Пока я была жива – Дом принимал гостей, - пояснила Вальбурга. – И незачем всяким Трэвесам, Шеклботам и прочим худородным знать: куда именно девалась сестра их пра-пра-прадедушки, или где (и с кем) она провела большую часть жизнь. Не то, что бы скандала кто-то боялся… Но – зачем?

Список «худородных» в понимании Вальбурги – впечатлял.