Оружейник Хаоса

Так что известие, что «Грейнджер притащила кошку» — облетело Хогвартс прежде, чем мы добрались от входа в школу до портрета Полной дамы. И в гостиной нас уже ожидал самоназначенный комитет по встрече.

— Это? — улыбнулась Гермиона. — Это — Трикси. Ну, я ее так назвала.

— А почему? — ахнула Кэти Белл во втором ряду встречающих. Первые, то есть — сестры Патил, Браун и Анжелина Джонсон были поглощены процессом тисканья кошки. Трикси стоически все это переносила.

— Вот, смотрите, — Гермиона достала листовку «Разыскивается живой или мертвой», и показала всем присутствующим.

— Пхе, — скривилась Джонсон. — Зачем обижаешь такую славную кошечку? Ведь Беллатрикс Лестрейндж — ужасная темная ведьма!

— А что страшного? — влез в беседу я. — Ну ведьма. Ну темная. Белые… то есть те, которые по-настоящему белые — страшнее.

— Это с чего это? — троица охотниц Гриффиндора, известная своим радикально-светлым мировоззрением, заметным даже на общем фоне Дома Гриффиндора развернулись ко мне.

— Знаете, что нужно, чтобы быть белым? — спросил я у охотниц.

— Умение сочувствовать… вроде, — припомнили охотницы.

— Вот именно. Эмпатия. Умение ощущать чужую боль, как свою, — кивнул я. — И попробуйте представить, что чувствует такой вот белый, попав, скажем, в Святого Мунго? Я уж молчу про поле битвы. Все время ощущать чужую боль… а боли так хочется избежать… Вот и получается, что, в отличие от темных, рвущихся к постижимым и временами — достижимым целям, вроде власти, богатства, бессмертия, светлые — стремятся создать идеальный мир без боли, вернуться в Эдемский сад.

Я собрался уже было продолжать проповедь, когда Полная дама отодвинулась, и в гостиную Гриффиндора вошла МагКошка, чего не случалось с момента моего поступления в эту школу.

— Мисс Грейнджер, — твердо сказала декан, — я хотела бы удостовериться…

— Это — не миссис Лейстрендж, — ответила Гермиона. И, в сущности, правду сказала: после возвращения в Дом Трикси никакая не Лестрейндж, а вовсе даже Блэк. — Клянусь в этом своей магией. Люмос. Нокс!

Вспыхнувший и погасший шарик света удостоверили, что магию Гермиона отнюдь не потеряла. А уж какие выводы сделают те, кто слышали клятву девочки — уже как-то и не наше дело.

Глава 51.