Оружейник Хаоса

Почему же теперь та, что в прошлой жизни убила и Сириуса, и… и меня — предала Темного лорда? Что изменилось? Или дело в том, что она не была освобождена из Азкабана Волдемортом, а каким-то образом освободилась сама? Но не значит ли это, что она и в этой и в прошлой моей жизни могла точно также покинуть тюрьму, но раньше не делала этого по каким-то своим соображениям?

— Почему ты ушла из Азкабана? — задал я тревожащий меня вопрос… а точнее — вопрос, который может прояснить решение проблемы, действительно меня беспокоящей.

— Сириус был моим врагом, — произнесла Беллатрикс. — Но он был и моим братом. Если бы мы сошлись в бою — я убила бы его. Но, раз уж его убил кто-то другой — я обязана мстить.

— Его точно «убили»? — уточнил я. — По официальной версии… — я даже не стал договаривать, отчетливо сознавая, что «официальная версия» — в лучшем случае, чушь.

— Точно, — кивнула Беллатрикс. — Авроры, охраняющие тех, кого осудили на пожизненное — похвастались… точнее — нам объяснили, что «даже если какому-нибудь ублюдку вздумается пересматривать решения Министерства и Визенгамота, до свободы все вы всё равно не доживете…

Мир окрашивался красным.

Как ни странно, но ощущение холодного спокойствия Гермионы в руке, осознание того, что я — «вооружен и очень опасен» позволило не сорваться в уничтожающий боевой транс.

— Значит… «пересматривать решения Министерства и Визенгамота»… — прошипел я, чудом не сорвавшись на серпентарго. — Что ты хочешь от меня, Беллатрикс Лестрейндж, в девичестве Блэк? — что-то подсказало мне, что использовать правильное обращение: «миссис Родольфус Лестрейндж» — будет плохой идеей.

— Глава Дома Блэк, Древнейшего и Благороднейшего, — Беллатрикс опустилась на колени, чего, насколько я знаю, она не делала даже перед Темным лордом*, — я прошу вернуть меня в Дом.

/*Прим. автора: даже если в каноне это не так — текст сильно АУ-шный и ООС-ный, и автору хочется, чтобы так было*/

Я задумался. Возвращение в Дом… то есть — разрыв договора с Домом Лестрейндж… К тому же, Беллатрикс придется подчиниться главе Дома, то есть — мне.

Конечно, подчинение это не абсолютно — вспомнить только сестру Беллатрикс, Андромеду, но существенно лучше, чем есть сейчас: враг потеряет сильную фигуру, а я — получу, пусть даже применять ее против убийцы родителей и будет несколько опрометчиво… Но даже и так, уроки леди Аметист наглядно показали мне, что есть множество вещей, которыми я не хочу заниматься сам, и еще меньше хочу вешать эту грязь на девочек.