Оружейник Хаоса

— «Сила, неведомая Темному лорду…» — пробормотал под нос Великий Белый и отошел к своем трону.

Глава 38. Темнее черного

— Мистер Поттер, — произнес Дамблдор по завершении обеда, — пройдите, пожалуйста, в мой кабинет. Остальные — свободны.

Вздохнув, я кивнул девочкам, чтобы они не забывали, что в случае проблем — могут спрятаться у меня на поясе, и двинулся за директором к занимаемой им башенке. Горгулья, не дожидаясь каких-либо паролей, уступила нам дорогу, и, поднявшись по движущейся лестнице, мы оказались в директорском кабинете.

— Мистер Поттер, — обратился он ко мне, — я хотел бы уточнить, что вы имели в виду, говоря о «разных способах решения проблемы помолвки мисс Лавгуд»?

— Заметьте, «навязанной помолвки», — уточнил я. — Не Вы ли, профессор, рассказывали мне о силе Любви?

— И все же, — покачал головой Дамблдор, — Вам следует знать, что договор о помолвке обычно составляется и скрепляется клятвами так, что разорвать его может только смерть одной из сторон.

Признаться, ситуация с Роном занимала большую часть моего внимания, так что сознание мое было не вполне ясным. Только этим я могу объяснить то, что выдал Дамблдору «правду, только правду и ничего кроме правды»:

— Именно это я и имел в виду. В нашем волшебном мире умереть можно очень разными чудесными способами, отнюдь не сводящимися к такому примитиву, как «Авада кедавра».

Следующие полчаса были посвящены лекции директора о «величайшем деянии зла», и вообще «за все хорошее против всего плохого».

— Директор Дамблдор, Вы хорошо осознаете, что проповедуете ненасилие — убийце?

Дамблдор задохнулся.

— Гарри, о чем ты говоришь?! — с трудом втягивая в себя чересчур твердый воздух, спросил он.

— Ну как же? — удивился я. — Я же — Мальчик-который-Выжил, герой Магической Британии, и единственный подвиг, за который я столь известен — именно убийство Того-кого-нельзя-называть! Он был убит, а в живых остался я — значит, я и есть убийца.

— А, — с облегчением выдохнул Дамблдор. — Про это можешь не вспоминать. Ты тогда еще был слишком мал, чтобы действительно желать смерти Волдеморта. Так что, случившееся тогда — это, скорее, «несчастный случай», чем «убийство».

— Хорошо, — кивнул я. — А как тогда быть с Квиреллом? Вот его-то я точно хотел убить. И убил.