Три дня весны

Осторожно сделал шаг назад, затем второй, и заторопился прочь, то и дело оглядываясь через плечо – пойдет крылатый гигант следом или нет, а может быть, попытается остановить?

Но ангел взмахнул крыльями и медленно, точно взлетающая ракета, пошел вверх.

- Он выполнил свою задачу, и теперь свободен, - сообщил Голос. – Или нет. Возможно, получил новую...

- А почему он мне помог? – спросил Пашка.

- Так, попробую объяснить... памятники служат людям, что в обычное время, что сейчас. Только не каждому человеку, а людям вообще, горожанам.

.. Они воплощают то, что жители Тольятти в них сами вкладывают: любовь, преданность, печаль, силу... Понимаешь, о чем я говорю?

- Ну да.

Пашка, хоть и заработал за утро несколько синяков и царапин, по голове не получал и соображал ясно.

- Разрушенные же, сгинувшие памятники, уничтоженные теми же людьми, начинают воплощать нечто противоположное тому, что в них изначально заложили, - продолжил Голос. – И поэтому они с охотой подчиняются тому, кто сам несет упрощение, унификацию, гибель.

Истинное зло на самом деле не в разрушении, даже не в насилии, а в том, чтобы сделать всех одинаковыми, шаблонными, стандартными, простыми... Развитие и творчество, настоящая жизнь возможны лишь там, где есть различие...

- Погоди, - остановил собеседника Пашка. – То есть эти тетки с лирами работают на Красноглазого?

- Ну да, на того, кто обрел в Лабиринте дар подчинения и убеждения, хотя... – Голос на миг замолк. – Сегодня утром он прошел и второй Лабиринт, и теперь имеет талант зодчества, бррр.

..

Пашка хотел спросить, какие еще дары есть, но в этот момент остановился, словно налетел на стену.

Совсем забыл про папу Виталика, надо сходить, проверить, что там с ним!

Пока болтал с Голосом, дошел до пересечения с Горького, и сейчас поспешно свернул на нее, мимо здания суда, направился в сторону их с бабушкой дома.

- Ты куда? – поинтересовался Голос.

- А ты как думаешь? – огрызнулся Пашка. – Кстати, куда меня звал тот ангел?

- Вот ты на мои вопросы не отвечаешь, а сам хочешь, чтобы я все рассказывал? – маленький пузатый человечек, спрятанный в кармане рюкзака, вздумал изобразить обиду, ну и Пашка решил, что расспросит его позже, когда убедится, что с папой Виталика все в порядке.

Обиды Голоса надолго не хватило, он заговорил, едва показалось выросшее рядом с «Буревестником» огромное дерево.

- Плоды с какбыдуба можно есть, - сообщил он угрюмо.

- Да? – спросил Пашка. – А ну-ка погоди...