Уроки ведьмы. Книга вторая

Но главное, что это работает! Когда дорогая вам вещь у вас в руках, вы ощущаете себя уверенной и защищенной. И какая разница, почему? Не надо развеивать мифы, если они поддерживают в вас жизнь.

Я вдруг остро захотела вернуть свой кнотен. Эрик так убедительно говорил, что я почти поверила, что смысл вовсе не в магии, а в моей вере в силу предмета. Но ведь и в магии тоже! А еще мне сейчас очень было нужно не просто слышать ободряющие фразы. Мне хотелось, чтобы Эрик взял мои ладони в свои или сел рядом и обнял.

– Если вы получите назад свой талисман, как считаете, удастся ли вернуть ваши способности? – продолжал Эрик.

Мы говорили о разных вещах, я – о магии и очень сильном амулете, он – о творческих способностях и глупом талисмане, но казалось, что он полностью понимает меня.

– Я почти уверена в этом, – ответила я и похолодела. Я ясно поняла, что это выход. Если удастся заполучить обратно кнотен: тот, что в доме. Тот, который с давних пор защищает последствия Ленкиного безумства…

– Даже так? – немного удивился Эрик. – Вам просто достаточно его забрать, и все наладится? Тогда почему же вы этого не делаете?

– Все очень сложно, – я опустила голову. – Это вроде как подарок. И теперь он защищает другого человека.

– Но разве для того человека может он значить столько же, сколько для вас? – Меня слегка озадачила его настойчивость. Но, возможно, он настолько хочет мне помочь. – Если на одной чаше весов лежит просто подарок, о котором, может быть, даже не думают и не помнят, а на другой – ваше счастье, ваше спокойствие, талант… Взвесьте чьи-то обиды и свои страдания. Разве не очевидно, куда склонятся эти весы?

Для меня уже все было очевидно. Правда, непонятна была горячность Эрика, с которой он вдруг стал убеждать меня, что мне нужно вернуть свой талисман обратно.

Вдруг мне показалось, что перед глазами что-то вспыхнуло, после чего сердце заколотилось как бешеное, а откуда-то из груди вверх по телу поднялась неприятная горячая волна. Это и есть тот самый момент озарения? Будто во сне падаешь… Я все вдруг поняла. Я знала, что по-другому просто и быть не может.