Берега неведомых земель

Паруса почти все были спущены, но ни одного человека на борту он не разглядел. Казалось, что парусник идёт сам собой. И он – настоящий. Таких подробных иллюзий просто быть не может… Полковник сморгнул. Ему казалось, что он ясно видит каждую заклёпку, каждую щёлочку между досками в обшивке, каждое медное кольцо в люверсах на парусах. 

Ветер свистел в такелаже, волны плескали в борта, корпус поскрипывал от нагрузки, и все эти звуки Полковник тоже явственно слышал. Иллюзия бы так не звучала.

«Кто-то на берегу, – подумал Полковник, – очень хотел поверить в то, что «Арион» – не фантом.

И поверил. Может быть, это даже были мы».

– Боже мой, он же настоящий, – выдохнула Клархен и схватила его за руку.

Полковник ещё раз сморгнул – в глазах мутилось непонятно отчего. И тут увидел Ноэля. Он по-прежнему стоял на пирсе, только живой, молодой и одетый в новую, с иголочки форму морского мага в звании лейтенанта. Старую, довоенную ещё форму… Полковник никогда не видел Ноэля молодым, даже на фотографиях, но сразу его узнал.

Он был всё такой же черноглазый и франтоватый. А тело, которое лежало рядом с ним на пирсе, было просто мёртвым телом.

«Арион» медленно подваливал к пристани. Ноэль обернулся и помахал друзьям.

Полковник не оборачивался, но спиной чувствовал, как замерли стоявшие на пристани люди. И те, кто попал в поле его зрения, тоже замерли, глядя, как величественно проплывают мимо белые борта, и высоко над головой солнечный свет рассекают паутинные нити такелажа. На пирс со стуком упали сходни.

Ноэль взбежал по ним легко, но, уже стоя на палубе, снова обернулся и прощально взмахнул рукой. Таким Полковник его и запомнил.

А потом сходни втянули обратно, и парусник прошёл мимо пристани медленно, как во сне. Паруса стали подниматься, наполняться ветром, вопреки бризу, дувшему с моря. Вот уже «Арион» развернулся носом к выходу из бухты, и пошёл ровно и быстро. Какое-то время Полковник пристально глядел на корму, и ему казалось, что он различает на ней тёмную крошечную фигурку.

Однако перед самыми фортами случилось странное. Парусник оторвался от поверхности и пошёл выше и выше. С киля срывались струйки морской воды, медная обшивка днища тускло блестела и казалась зелёной, как малахит. 

«Арион» всё поднимался, пока не затерялся среди облаков. Или не растворился в них.

Только тогда Полковник почувствовал, как сильно Клара сжимает его руку.

– Вам не больно? – спросил он, осторожно похлопывая её по запястью.