Самозванец

Смертные девицы периодически просили закурить или осведомлялись, который час, распространяя тонкий запах определенного интереса. Если бы Роман жил охотой, это было бы весьма удобно – но при существующем положении вещей он воспринимал симпатии живых как своего рода индикатор производимого впечатления.

Раз заигрывают, значит, морда инстинктивно не отворачивается.

Еще можно наблюдать за собственными реакциями. Нулевыми.

Упыри не ловят сексуальных импульсов. Да и что бы это была за некрофилия, в самом-то деле?! Леди из джипа – водителю легче…

Так мы и записывали – мертвые не потеют, пока кое-чего не вышло…

Роман старался обходить стороной те места, откуда доносились запахи ладана и холода.

Не дело, чтобы упыри мозолили Хозяевам глаза. Слишком уж те неприятно сердятся… и потом, оскорбительно, когда на тебя реагируют, как на дохлую крысу. Унижает.

Но в ту чудную ночь, когда луна, огромная и оранжевая, как отдраенная медная тарелка, висела между высотками, и было очень тепло, и пахло мокрыми березами и только что оттаявшей землей, понес же черт на чужую дорогу! Просто как-то само по себе получилось.

По ветру долетел такой славный аромат, что ноги сами вынесли к его источнику.

А источник был аховый. Во дворе, заросшем акацией и тополями, под лиловым фонарем целовались двое вампиров.

Чистоплотная и целомудренная Романова натура при жизни никаким образом не принимала новомодных гомосексуальных штучек – до тошноты. Его бы моментально своротило от подобной сцены – но при жизни.

При жизни же он пару раз видел, как вампиры целуются, но не придал этому особого значения. Ну целуются – и пускай себе развлекаются, тем более, что те были более порядочные, чем эти. Но все это – опять же впечатления при жизни, когда ему и в голову не пришло задать себе простой вопрос: а зачем, собственно, целоваться существам, которые размножаются совершенно не половым путем, да еще с себе подобными, которые ничего не представляют из себя в смысле потенциальной пищи.

Потом вопрос отпал сам собой – почему-то Роман решил, что раз ощущения такого рода совершенно не волнуют, а, скорее, раздражают упырей, то вампиров они тоже не должны бы волновать.

В кино вампир целует живую девицу, которую собирается подчинить себе: либо убить, либо сделать вампиром же. Друг с другом киношные вампиры общаются довольно холодно и агрессивно…

И вот.

Теперь угол зрения резко изменился.