Жнец. Возрождение

– Я что-то видел. Вспышка, какая-то необъяснимая.

Кевар не заметил, что у него подрагивают руки, а коники пальцев светятся бледным зеленоватым светом.

– Ты видел, как могла бы пойти история, если бы… – ответил все записывающий Вальтер. – Я слышал твое бормотание. Если бы отец отдал дочь за витязя, у них родился бы темный оборотень. Сын, который поднял бы за собой полки, сверг князя, и обратил княжество во мрак.

– Когда ты успел все это расслышать? – удивилась Ёлька.

– Тогда же, когда Кевар рассмотреть, – пожал плечами Вальтер.

Это место нравилось ему все меньше и меньше. Осознание того, что ввязались они во что-то очень запретное и опасное, стучало по голове, как молот по наковальне. Но отступать уже было поздно.

– Судьба всегда знает, где дать. А где забрать, – прошептала ягиня, с тревогой поглядывая на полотно.

Лестница по приказу Ёльки продолжила скольжение.

– Дойдем до края, поднимемся выше, пойдем в обратную сторону, – пояснила девушка. – Будем двигаться змейкой, пока не найдем хоть какое-то упоминание о жнецах.

– Как ты их найдешь, если они выглядят как одни из вас? Или из Геро? – напомнила Настя.

– Я их и не ищу, – не отрываясь от внимательного изучения полотна, ответила Ёлька. – Я ищу упоминания среди людей, ткачей, нежити, понимаешь? Нити самих жнецов, если они когда-то существовали, мне не отыскать. Но вот события, которые связывали бы их с кем-то – вполне.

Ягиня понимающе кивнула и замолчала. Дальнейший путь проходил под скрип пера и бормотание Кевара.

Видения у того случались все чаще. Как будто это место пробудило у ткача новую способность. Парень то и дело вскрикивал, встречаясь в видениях не с самыми радужными картинами. Он заметно побледнел, на лбу проступил холодный пот.

– Я могу отогнать мороки, если хочешь, – предложила ягиня.

Но ткач отказался. Раз это его судьба, он обязан ее принять и нести, не отступая.

– Стоп! – скомандовала Ёлька, и лестница резко остановилась. Вальтер выругался сквозь зубы, чуть не слетев вниз.

Но девушка не обратила на это внимания. Прямо перед ними расстилалось темнеющее пятно, от которого так и веяло смертью.

– Первая война с нежитью, – пробормотала Ёлька, всматриваясь в темнеющую поверхность полотна. – Пятьсот лет до начала нового исчисления. Странно, очень странно. Нить выкручена, видишь? – девушка ткнула пальцем в участок полотна.

Вальтер оторвался от записей, чтобы тоже рассмотреть, что там куда выкручено. Но ничего не заметил.