Кошка колдуна

Она склонилась над чем-то и рассматривала это. В темноте было не разглядеть, Алеша подошел ближе, но в следующую минуту отпрянул: с земли на него скалилась волчья морда.

Вскоре Алеша понял, что его так напугало. Оскал был неестественный, мертвый. Труп был уже не свежий, от него исходил тяжелый запах. Шерсть мертвого волка свалялась, передние лапы нелепо торчали, будто он что-то отталкивал от себя.

Анфиса погладила мертвое животное по ввалившимся бокам.

- Эх, Туман, Туман, - проговорила она грустно, - что же ты такой рассеянный?

Стая вторила ей тоскливым подвыванием.

- Ничего уже не поделаешь, - продолжала колдунья. - Ты знаешь, как нам теперь быть.

Он легла на землю рядом с трупом и обняла его. Это выглядело жутко, в теле Алеше поднялась волна чисто физиологического протеста, брезгливости к мертвой плоти.

Анфиса уткнулась в потускневший мех и стала бормотать какие-то заклинания. Вдруг Алеша увидел, как над толпившимися вокруг волками появилось серебристое облачко, не то пар, не то туман. Облачко подрагивало и мерцало.

Это было удивительно красиво, по настоящему волшебно. Волки затихли, в лесу царила тишина. И среди этой таинственной тишины облачко подплыло к Анфисе. Она сделала глубокий судорожный вздох, принимая в себя волшебную субстанцию. Сияние пропало, вокруг стало как будто темнее. Хранительница напряглась и замерла, но в следующий момент расслабилась, задышала глубоко и мерно. Потом отпустила мертвого волка и поднялась на ноги.

Глаза Анфисы теперь сияли в темноте так же, как у окружавшей ее стаи.

Желтые и дикие, глаза ночного хищника.

- Ну, вот и все, - обратилась она не то к волкам, не то к Соне с Алешей. - Завтра я похороню его тело.

Волки молчали. Потом они стали по одному подходить к Анфисе, обнюхивали ее, дружелюбно ворчали, лизали руки. Постепенно сверкающее озеро вокруг стало уменьшаться, видимо обнюхав колдунью волки уходили в лес. Наконец рядом с ними никого не осталось.

- Давайте возвращаться, - Анфиса сразу резко сникла, сгорбилась, голос стал тихим и бесцветным.

Как-будто усталость внезапно навалилась на нее ужасной тяжестью.

Они пошли обратно, уже гораздо медленнее. Лес вокруг были тихим и недвижным, ни что не напоминало о диковинном сборище, которое только что было тут. Ходьба в темноте обладала гипнотическим действием. Алеша почти потерял ориентацию и ощущение собственного тела. Светлый силуэт Анфисы был маяком, за которым надо было следовать. Он двигался, как во сне. Наконец, они увидели дом.