Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

Так сказать, настроил резкость.

Комната оказалась незнакомой. Я через силу приподнялся на локте и осмотрелся.

Что-то вроде гостиной в загородном доме: много дерева, камин, шкафы с книгами, большие окна, за которыми видны деревья с облетевшей листвой, картины на стене, рога над камином.

Я возлежу на широком кожаном диване. Напротив, на таком же диване сидит…

Ну, вот и познакомимся. Давно пора.

- Горазд же ты дрыхнуть, - произнесла Владана, поправив рюшечку на короткой юбочке, едва прикрывающей бедра.

М-да, а в живую ножки у неё ещё лучше, чем в воспоминаниях магов…

Я мысленно тряхнул головой.

Откуда такие мысли? Она мне бабка хочу я того или нет.

Хорошо, не добавила внучок, а то из уст молодой девчонки прозвучало бы это как минимум странно. У меня и так с головой после «прихода» не всё ладно, а тут такое…

- Не скажу, что рад знакомству, Владана, - глухо отозвался я, едва ворочая языком.

- А что не бабушка? – Звонким голоском удивилась девчонка. Напоказ так, с истинно старческим неодобрением.

В голове пронеслось несколько довольно грубых вариантов ответа, однако я промолчал.

Начни я сейчас говорить, одной ссорой дело не закончиться. Я настолько зол на эту, по факту, постороннюю мне женщину, которая величает себя моей бабушкой, что был готов спалить здесь всё до углей и пепла.

Она испортила мне жизнь. Она лишила меня волшебства. Сделала лучшего друга убийцей. Отняла семью. Это она внушила отцу, что магия – это плохо.

Это из-за неё я попал под трибунал и чуть не был казнён.

Она почти лишила меня будущего.

И всё же я не спалил её.

Нет, мгновенная смерть – это слишком легко. Слишком просто.

Палач вправе сам выбрать наказание для осуждённого.

Я уже взвесил и оценил её преступления. И вынес приговор.

Пусть живёт. Пусть строит планы и не теряет надежды на их скорое исполнение.

А я сделаю так, чтобы её надежды разбились. В мелкое крошево. В пыль. Растопчу все её планы. Меня ведь так вежливо пригласили сюда, чтобы я стал их частью.

Я мысленно оскалился.

В реальности же постарался не показать своих истинных чувств.

Но судя по прищуренным глазам бабки, совсем скрыть эмоции не получилось.

Да и ладно. Так даже лучше. Пусть видит правильную и адекватную реакцию, чем удивится моему полному спокойствию.

Решение я принял, так к чему нервничать?

Я отвёл глаза, напоказ пару раз глубоко вздохнул, делая вид, что успокаиваюсь, сжал правую ладонь в неплотный кулак и зажёг крошечное пламя.