Незримая Москва. Светлый Ковен. Волшебство

Незримая Москва. Светлый Ковен. Волшебство

Марина Ночина

Пролог

Мне часто снится один и тот же сон.

Я еду… Вернее не так. Меня везут.

Куда? Не знаю. Да мне и не интересно. Ведь за стеклом машины проплывают чудеса.

Волшебство.

Мне восемь лет. Сижу я на заднем сидении нашей старенькой зеленой девятки. За рулём угрюмый отец. Рядом с ним, на пассажирском кресле, обеспокоенная мама.

Она часто оборачивается ко мне. На её загорелом, покрытом множеством веснушек лице, читается тревога. Волнение по идее должно передаваться и мне – я всегда остро реагировал на эмоции окружающих, но не передаётся.

За стеклом машины оно везде: на деревьях и домах, на электрических проводах, других машинах, под ногами пешеходов и в самих людях. В воздухе, на земле и даже в воде – я отчётливо вижу это, когда машина проезжает по длинному и широкому мосту.

Я прилипаю к стеклу, буквально впечатываю лицо в прозрачную преграду и смотрю во все глаза. Я не могу, не имею права пропустить хотя бы маленькую долю волшебства.

Волшебство светится, переливается, как новогодняя ёлка, утолщается, переплетается и разбегается замысловатой сеткой паутины. Ныряет под воду и тут же взмывает в небо поразительной четырёхцветной радугой. Изумрудно-зеленый – как молодая листва. Голубой… Нет, насыщенная лазурь неба в ясный летний день. Красный, как раскалённая лава. И Белый – такой чистый и сверкающим, каким, не бывает даже снег на непокорённых людьми вершинах гор.

Туда-сюда снуют разноцветные огоньки разных размером: от совсем крошечных, не больше моего ногтя, до настоящих гигантов.

Я наблюдаю за ними с азартом, даже болею за некоторые огоньки, как футбольный фанат за любимого игрока. А потом в изумлении открываю рот, когда прямо над нами проносится ярко светящийся голубой шар-гигант.

Для меня восьмилетнего он кажется огромным. Со слона! Нет, с кита! Или с целую планету!

Шар тихо гудит, как большой злой шершень и летит так низко, так близко. Просто протяни руку и дотронешься.

- Саша, - зовёт меня мама.

Я с трудом отвожу взгляд он шара и смотрю на неё осоловелым от впечатлений взглядом.

Мама протягивает мне шоколадку.

В голове вихрем проносится удивление: мама-шоколадку-мне? Мне ведь нельзя шоколад!

То есть можно, но мама всё время запрещает. Говорит, он вредный и от него портятся зубы и болит живот.

Я ей не верю. Едят же остальные дети шоколад. Тот же Вовка – мой сосед по парте. И ничего с ним плохого не происходит.