Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

- Слижи, - сказала Катя.

И я лизнул нежную гладкую кожу, стерев с запястья некрасивые бурые пятна.

По языку немедленно растекся морозный чуть сладковатый привкус.

Несколько минут по совету Кати я просто лежал, прикрыв глаза, а девушка ласково гладила меня по волосам. А дальше Остапа понесло - если эту фразу можно применить к данному случаю.

Я почувствовал, как по венам медленно потекло тепло. Не мой огонь, а нечто чужое, как метка на мне, но при этом теплое и ласковое. Оно просочилось в каждую часть тела, в каждую клеточку и.

Теперь я понял, почему кровь вампиров под строгим запретом. Это было как сотня оргазмов разом, как исполнение заветной мечты, как осуществившаяся долгожданной мести…

Тело мелко потряхивало от прокатывающихся волн удовольствия, изо рта на простынь, как у дебила, текла тонка ниточка слюны. Под закрытыми веками мелькал яркий калейдоскоп: то вселенная с её бесконечными звёздами, на которые я так часто любил смотреть до того, как узнал, что маг, то огненные всполохи, сливающиеся в необузданный танец саламандр, то просто разноцветные вспышки, от которых любого эпилептика хватил бы удар.

А мне было хорошо.

Мне было чертовски хорошо! А главное – никакого Славки.

Хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Тянулось-тянулось-тянулось...

Увы, всему в этом мире наступает конец.

Я не помню, когда отрубился. Зато спал без всякий снов, спокойно, как младенец. Так разоспался, что проснулся только к обеду.

Катерина сидела рядом на постели, одетая в строгий юбочный костюм и с задумчивым видом водила пальцем по экрану большого планшета.

Поняв, что я очнулся, девушка отложила гаджет и широко мне улыбнулась.

- Выспался? Как себя чувствуешь?

Не поднимаясь, повернул к ней голову и попросил:

- Дай попить.

- Да, сейчас, - поспешно ответила хозяйка клуба, соскочила с постели, повозилась чуток и вернулась ко мне со стаканом апельсинового сока.

Я лениво приподнялся на локте и позволил девушке себя напоить.

- Так как себя чувствуешь? - Скромно спросила она.

- Превосходно, - ответил я, притянул Катерину к себе и поцеловал.

Стакан за ненадобностью отобрал и отбросил.

Катька вздрогнула, когда тот ударился о стену и разбился, но быстро успокоилась под моими ласками.

Из постели мы вылезли только через час. Бодрым, отдохнувшим, полным энергии, прямо как зарядившийся за ночь телефон.

Никакого послевкусия после крови Катя, я не ощущал. Желания немедленно закинутся новой дозой – не испытывал.