Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

Один, - сообщил я ему, наблюдая за подъезжающий машиной такси.

Водила, видать, совсем рядом был, приехал меньше чем за минуту.

- Твой выбор, - безразлично произнес лысый колдун, сунул руки в карманы и прошел мимо меня вниз по улице.

Я тихо выругался, сплюнул ему вслед, едва удержавшись от проклятия и сел в машину.

Водителем оказалась женщина. Я пару секунд потупил, смотря на нее, потом пристегнулся и уставился в окно. Так и доехали в молчании под тихое бормотание радио.

Катька меня явно не ждала. Но ей уже привычно сообщили о моем появлении, как только я миновал охрану.

Вампир встретила меня у стойки администратора. Немного нервная, немного испуганная. Растрёпанная и в непривычно строгом брючном костюме. Обычно Катерина предпочитала короткие платьица, которые больше открывали, чем скрывали. Мне нравилась её манера одеваться.

Странно, но при виде этой девчачьей слабости, вроде как, не положенной вампиру, у меня на душе как-то потеплело.

- Покормишь? - Тихо спросил я, приобнимая девушку за талию.

Та вздрогнула, напряглась, но не отстранилась – что уже прогресс в наших новых отношениях.

Я тоже воспринял ее реакцию спокойно. Устал.

Прижал к себе покрепче и повел хозяйку клуба мимо серой, натужно улыбающейся администратора на второй этаж. Там потише. Народу сегодня набилось битком. А наверху всегда был зарезервирован один столик для особо важных персон.

Для меня.

Посидев со мной немного, Катерина сбежала, сославшись на занятость.

Так и сделал, сильно удивив Катерину отсутствием влечения к ее женским прелестям.

А ночью мне приснился Славка.

В этот раз он не стоял... Вернее, стоял, но на другой стороне неширокой речки, где воды было не больше, чем по колено и махал мне рукой. Звал.

Растрепанный, на лице улыбка, на торсе майка с ярким принтом, которую я ему когда-то подарил. Старые джинсы обрезаны до колена.

Я смотрел на него и не понимал, что делать.

Пересекать реку я не собирался категорически. Плохая это река. Мертвая. И плевать, что там плавают серебристые рыбки, а вода настолько чиста, что почти неразличима. От неё веяло чем-то поганым, затхлым, как квартира одинокого больного старика.

Не удивлюсь, если речка носит гордое название Стикс. Я уже ничему не удивляюсь.

Но, что делать со Славкой?

Я постоял ещё какое-то время, отчего то не решаясь уйти.