Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

Госпожа Икту громко хмыкнула, многозначительно покосившись на меня, мол, не для всех правила-то едины, есть тут один… особенный, и в пику главе своего Ковена, поддержала ундину:

- Если мы дали шанс этому мальчишке, то почему не дать его и этой ундине?

Два на два, - про себя вздохнул. Последнее слово за гномом, судившем в том числе и меня. Это имя я запомнил с моего трибунала.

Интересно, а шоколадка, подаренная ему много лет назад, может считаться взяткой?

Ну, если, конечно, это всё-таки тот самый гном.

«Проклятая ведьма! – подумал я, нехорошо посмотрев на злобную ведьму Икту.

Вот уверен, напади Славка на неё, и она бы первая с пеной у рта доказывала вину, как самой ундины, так и его хозяина.

Сг`акэр молчал долго, никак не меньше пяти минут, но никто не посмел поторопить старого духа.

Признаться откровенно, я желал, чтобы он вынес обвинительный приговор. Раньше никогда не замечал за собой кровожадности, тем не менее, оставлять Славкину ундину в живых мне очень не хотелось.

Было у меня ощущение: если она останется в живых – обязательно попытается отомстить.

Наконец, гном пошевелил носом, смерил обвиняемую ундину взглядом и коротко, но весомо уронил:

- Виновна.

- Но как же так!? – Заголосила ундина-защитница.

Саламандра тихонько захихикала.

Вода и огонь никогда не дружили между собой.

Сг`акэр вполоборота повернулся к защитнице, и та моментально заткнулась и стушевалась, чуть ли не лужей воды растеклась по своему месту.

- Палач, делай свою работу.

Я отлип от стены и шагнул к запирающей Печати.

Ундина Славки не сопротивлялась, когда её выводили из Печати – я не мог сжечь её внутри Печати, ибо там вся магия развеивалась, - стояла всё так же, понуро опустив голову, и лишь тихо выдохнула, когда её обожгла чужая стихия.

Спустя несколько секунд от духа осталось лишь небольшое белёсое облачко пара, устремившееся вверх.

Водного духа попросту испарило в том адовом пекле, которое я создал вокруг неё. Сила мага направлена не только на материальный мир, но и отлично взаимодействует с миром духов, как стихийных, так и природных. Мне для казни не нужно оружие – я сам оружие.

Но я не маньяк, поджаривающий свои жертвы на медленном огне. Я Палач.