Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

Печально посмотрел на меня и покачал головой.

Я этого жеста не понял, но переспрашивать не стал – поспешил за Робертом. А то Есению тоже колотить начало.

Роберт остановился у двери в кабинет главы Ковена, повернулся ко мне лицом и продолжил прерванный рассказ.

- Лукия вскрыла посылку. Внутри оказалась магическая бомба.

И новый глава Светлого Ковена открыл передо мной дверь.

Приёмной, как таковой больше не было. Всё внутреннее пространство было выжжено до черноты. Окна выбиты, дверь в кабинет главы сорвана с петель.

Я сразу перешёл на четвёртый Уровень и ужаснулся.

В магическом плане здесь не было ничего. Вообще ничего. Бомба выжгла не только физические объекты, но и всю магическую начинку, вроде нитей. Только господин Ардэбат растерянно бродил по комнате и жалобно мяукал.

Мои саламандры зависли у меня над левым плечом, и я ощущал их страх. Малышки беспокоились. В превращённое в крематорий помещение со мной они не вошли.

- Посылку разве не проверяли? – Ничего умнее этого вопроса в голову пока не пришло.

- Проверяли, - прогудел Роберт. – Ничего не обнаружили.

- Та Печать?

- Скорее всего, - без дополнительных пояснений понял меня Славкин дядя.

- Кто отправитель?

- Дальневосточный Светлый Ковен. Но с ними мы уже связались. Они не имеют к посылке никакого отношения.

- Есть предположения?

- Будь на моём месте твой дед – вопросов бы не возникло.

- Владана, - кивнул я. – Есть вероятность, что она может мстить не только деду, но и всему Ковену? К примеру, за то, что поддержали его, а не её?

- Всё может быть, - рассеяно прогудел Роберт, будто был мыслями в другом месте.

То ли вправду ничего не знал. То ли не хотел говорить.

Учитывая мой новый статус – второе менее вероятно. Я ведь теперь имею право открывать двери Ковенов с полпинка. Врать мне бессмысленно. Даже наказуемо. Тем более ему. Новый глава Светлого Ковена должен первым желать найти и обезвредить того, кто на него покушался.

Согласно покивав, я занялся осмотром места происшествия.

Хотя, что его осматривать? Тут нет ничего.

Я ходил по комнате почти так же растеряно, как домовой особняка. В какой-то момент мы пересеклись, и котяра поднял на меня полный тоски взгляд и сдавленно мяукнул. Он просил меня помочь.

Я кивнул, обещая. Даже присел и погладил его. Домовой, словно и не обратил на это внимания, хотя тёмных, как я выяснил на примере Силицэса они не любят.

Затем посмотрел на всё такого же задумчивого главу Ковена и напомнил о своём вопросе.