В ловушке снов

Но если ты думаешь, что я буду доказывать тебе реальность происходящего снова и снова, то ошибаешься. Тем более, реальность  — штука условная. 

 — Ладно, тогда я просто приму ее за аксиому. Иначе слишком страшно. 

 — Что страшно?  — не понял Инвар. 

 — Страшно все потерять. Вновь оказаться в прежней жизни  — кошмар похуже тех, что генерирует Богдан. 

 — Разве твоя прежняя жизнь была так уж ужасна?  — в вопросе наставника звучал искренний интерес.

Будто он не знал эту самую жизнь до мельчайших подробностей. 

 — Не то, чтобы прямо ужасна. Все так живут. Кому-то даже нравится. Но не мне. Единственный, о ком я скучаю из той жизни  — это Евгеша. Ну и родители, само собой. И то, по родителям не столько скучаю, сколько беспокоюсь за них, точнее боюсь, что они станут беспокоиться обо мне. Может, просто не успела толком соскучиться. Привыкла уже жить самостоятельно, навещая их раз в месяц. Но я ведь смогу прилетать к ним отсюда? 

 — Сможешь, конечно,  — Инвар добродушно усмехнулся.

 — Не бойся, прежняя жизнь не засосет тебя, как трясина, стоит тебе ступить на землю в аэропорту Минска. 

 — Обещаешь?  — она поняла, что и вправду этого боится. 

 — Обещаю. А сейчас вернемся к теме урока. Итак, что такое сны? 

 — Лучше ты расскажи,  — нашлась Тари.  — Все равно я сморожу какую-нибудь глупость и зря потрачу бесценное время на попытки рассуждать о том, в чем не разбираюсь.

 

 — Попытки рассуждать и размышлять  — по определению не могут быть пустой тратой времени,  — он вздохнул.  — Ну да ладно. Сделаем исключение. Вопрос и правда слишком сложен. Признаться, даже большинство сновидцев не совсем понимают природу снов. Ну и я бы солгал, если бы сказал, что сам постиг ее до конца. То, что я тебе расскажу, скорее упрощенная концепция пространства сновидений, нежели истина о них. 

Тари положила подбородок на колени, уставилась на огонь, потрескивающий в камине и приготовилась слушать.

Сегодня Инвару отчего-то вздумалось выбрать в качестве антуража уютную зимнюю обстановку: камин, метель за окном и даже кружку с горячим шоколадом, который ни за что не отличить от настоящего. 

 — Итак,  — начал он, вороша кочергой угли в камине.  — Сны бывают разные. Прости за банальность, до этого ты, наверняка, и сама додумалась.