В ловушке снов

Как и время. 

 — Ну времени и сил у вас и так несколько больше, чем у обычных людей,  — Тари подтянула к себе коленки, устраиваясь еще удобнее.  — Мне Эльза рассказала. 

 — И откуда, думаешь, все берется?  — наглец Вацлав, проповедующий аскетизм, с удовольствием пригубил протянутый Ядвигой кофе.  —  Обычные люди, как ты их называешь, как правило, или знают или хотя бы догадываются, что, потакая зависимостям, просто отказываются от части своей жизни. Сознательно отказываются, еще и целую базу под это подводят.

 — Все так, Вацлав,  — серьезное одобрение на лице Эльзы вдруг сменилось просящим выражением,  — но не мог бы ты на время перестать быть таким занудой и разрешить девочке еще одну ма-аленькую чашечку кофе? 

Глава 16

— Что такое, по-твоему, сны? 

Вот умеет же Инвар огорошить! С одной стороны, вопрос вполне уместный, можно сказать, главный вопрос ее новой жизни.

Раньше бы Тари, не задумываясь, ответила, что сны  — плод воображения, они генерируются мозгом, являя собой странную смесь последних событий и того, что скрыто в глубинах подсознания. 

Но можно ли продолжать думать так же, когда общаешься во сне с человеком, находящимся на другом конце света? Какое же воображение и подсознание способны ее саму перенести не просто в другой город, а в другую жизнь? 

 — А может, это все  — сон?!  — ужасная догадка внезапно осенила Тари.

 — Что именно?  — спокойно уточнил Инвар. 

 — Все: ты, ребята, Прага… Я лежу где-нибудь в Минске и вижу длинный-длинный удивительно связный и реалистичный сон. Если это так, то я хотела бы одного  — никогда не просыпаться. 

 — Не просыпайся,  — милостиво разрешил наставник.

 — Ну, спасибо,  — проворчала Тари.  — Тоже мне, успокоил. Мог бы убедительно доказать, что я не сплю. 

 — Но ты спишь,  — он пожал плечами.

 — Сейчас да,  — она совсем запуталась.  — Я имею в виду все, что со мной происходит в последнее время. Ты мог бы убедить меня, что все это настоящее.

 — Если вспомнишь, я уже этим занимался. В твой первый день в Праге.