Изощрённое возмездие

Но это, конечно, было лишь по доброте душевной и из сочувствия. И вместе с ним оживала и Лауна.

   Когда они смогли самостоятельно ходить, более не чувствую слабости от потери крови, то вышли из тайной комнаты, подошли за руки к окну, ведущему на берег, и долго смотрели на глыбу минерала.

   Стояло золотистое утро. Прохожие дивились этому невесть откуда взявшемуся образованию и подходили к нему, любуясь и дотрагиваясь до холодной и острой скульптуры. Светило, выходя из-за облаков, придавало минералу невообразимые оттенки, начиная с розовато-пурпурных, заканчивая зеленоватым, плавно переливающимся в жёлтый, как подсолнух, живописный оттенок.

   – Это кровь за кровь, – вырвалась мысль у Скарамуна.

   – Что? – нахмурилась Лауна.

   – Чёрт! Да как же достало! Вот стояли тихо, а оно возьми да вылети изо рта!

   – То есть это месть?

   Он кивнул.

   – Но от кого? Кто она?

   – Я не знаю. Но вот это, – он указал на глыбу минералов, – может и выглядит надёжно, но может этим не являться.

Я… Она слишком быстрая. И сильная. Мне не хватило… Мужества? Не знаю. Не хватило чего-то справиться с ней.

   – Ей что-то придало сил, – сказала ведьма. – Возможно её вели «Они» и это просто должно произойти.

   – Но зачем?

   – Чтобы мы что-то поняли.

   – Но мы же ничего не поняли, так?

   Лауна призадумалась.

   – Мы не должны более позволять себе делать ошибок, – сказала она.

– Ещё бы немного, и нас не стало. Нужно мыслить более рационально. В наших мыслях не должно быть сомнений. Твоё убийство – ошибка. И мы за него чуть не поплатились жизнью… И всё же, Высшие сущности выбрали нас, а не её. Победа за нами, не за ней.

   – Победа ли это? А вдруг она в любое время выберется оттуда, убежит зализывать раны, а потом вновь нападёт?

   – Из колдовского минерала так просто не выбраться. Тут может поспособствовать либо наложившая колдовство, то есть Алель, либо сами Высшие сущности.

   – Хорошо, если так. Лауна, послушай. Я день назад был в трущобах и наткнулся на… скопище одурманенных людей. Они не контролировали себя, неистово дрались за гроши и пугали прохожих. Я плюнул на них и пошёл дальше, но буквально за углом их было не меньше пяти. Их становится всё больше и больше. Кто-то подсадил их на эту отраву. Они даже не забываются, а медленно самоубиваются.