Изощрённое возмездие

   Лауна повиновалась, и на её лик скатился хиленький лунный свет.

   – Хороша, а? – усмехнулся старик, пихая локтем своих сподручных. – Совсем не дурна. Уже жду не дождусь, когда мы тобой займёмся.

   – И мы можем не тянуть, – согласился мужчина, всем своим бесстыжим взглядом показывая и презрение, и удовольствие от созерцания девушки. – Совсем скоро ты всё нам выложишь.

   – Но откуда в вас такая жестокость? – сухо спросила Лауна.

   – Цыц! – проскрежетал старик.

   И хоть Лауна и была решительна против злорадных намерений мужчин, её сил не хватило чтобы дать достойное сопротивление. Она не знала, куда её ведут под руки, крепко сжав запястья, и понимала только, что ничего хорошего её ждать там, ниже по ступеням, ведущим в полумрак, не будет.

   – Куда вы меня ведёте?

   – Скоро сама всё увидишь.

   – Что вам от меня надо?

   Мужчины сохранили молчание вплоть до прихода в комнату, озаряемую тремя жаровнями, вытягивающимися от входа к дальней стене.

   Здесь было грубое деревянное кресло с кожаными креплениями, несомненно нужных для сдерживания человека; имелся длинный стол и множество закрытых сундучков. Но был и покрупнее, из резного дерева и лакированный, заставленный кипами бумаг и, как успела подглядеть девушка, сводом законов.

   Лауна всё поняла, и само осознание того, что она оказалась в руках истязателей и то, что они скоро займутся её, выбили её из отрешённого настроя. Её хотелось бороться за жизнь, и она с неистовой силой упиралась ногами в пол и тормозила двух мужчин, бросалась в бока и с отчаянием пыталась вырваться… Но мужчины были изначально сильнее и их сердца, похоже, не знали пощады. В конце концов, когда один удерживал её лицом у холодного пола, другой приволок позорный столб и установил его в самом центре комнаты.

   Тяжело дыша, Лауна прошептала:

   – Не надо…

   И всё же её руки и голову подставили под выемку в дереве, сверху опустили доску и закрыли на замок так, что теперь…

   «Они навязывают мне свою волю, как в сношении, чтобы я не принадлежала самой себе». – поняла она.