Тень оборотня

Не удивлюсь, если он кому-то перешёл дорогу, и тот кто-то просто не вытерпел да прибил его за болтовню и невыполненные обещания.

— Разваливать столик необязательно, — лениво заметил Франц, взяв со стола чашку с кофе. — Ведешь себя как дикарь.

Я мрачно посмотрел на него, давая понять, что всякая белобрысая язва мне тут ещё указывать будет. Однако друг ни капли не смутился, сделал глоток и смешно поморщился. Шрам на переносице стал ярче, чем обычно.

Да уж… Кажется, в клане не осталось уже никого, чьи бы лица и тела остались без изъянов.

Я откинулся на спинку стула и посмотрел на площадь. Серебристый свет заливает все вокруг. Зонне — светило Умбраса — никогда не ослепит своих жителей, оно мягкое и ласковое, оно всегда скрывается за плотной завесой облаков. По легенде Единая Тень и Лунный Луч решили, что в мире мало света, и создали Зонне, деликатное белое солнце мира, которое появилось из тьмы.

На площади смеялись дети, прогуливались люди, спешили по своим делам.

В моём клане детей рождается всё меньше. С каждым разом родители сильнее страшатся увидеть на теле своего ребёнка изъяны. Хотя… что там изъяны, всё чаще дети рождаются мёртвыми.

Я сделал шумный вдох.

К нам подошёл Юрген, водрузил на стол стеклянный френч-пресс, где был его любимый кофе со специями.

— Что тоскуем? — поинтересовался он звонко. — Ксандр, у тебя такое выражение лица, словно весь мир повернулся к тебе задом.

— Тут бы я нашёл выход, — осклабился я.

Мелкий был прав. Ситуация дрянная, но если повесить нос и раскиснуть, ничего не получится.

Хотя Юрген младше меня и Франца на каких-то три года, но «мелкий» ему идет. И ростом пониже, и душой почище.

— Я в тебе не сомневался, — чуть улыбнулся он, наливая кофе мне и себе. — Что ни делается, всё к лучшему. Сам понимаешь.

— Не нарывайся, — снова помрачнел я.

Но Юрген только пожал плечами. Его лицо не пострадало, да и тело тоже. Все проблемы были спрятаны внутри. Каждый оборот приносил жуткую боль.

Франц хмыкнул:

— Ну давай, скажи, что тебе не понравилась эта девица.

Я чуть не выронил чашку.

— Ты о ком?

— Об этой Анастасии-и-и, — улыбнувшись, произнес он, намеренно растягивая её имя. — Вполне симпатичная.

— Уж куда лучше прежнего дорта, — рассмеялся Юрген.

— Ещё бы знать, откуда она взялась, — хмыкнул я.

Ну да. Ничего такая.