Лёд и разум

И пока я пребывала в замешательстве: оказывается, Лиза заметила меня (и как давно, а?) – она села в кабриолет и укатила.

– Вам чем-нибудь помочь? – до меня донесся печальный надтреснутый голос.

– Что? – я оглянулась и обнаружила рядом с собой пожилого мужчину с грустным породистым лицом.

– Вы минут десять стоите около нашей… конторы, – мужчина указал на черную витрину. – И я подумал, что вам нужна наша помощь. У вас кто-то… умер?

– Что? Нет! Нет! – горячо возразила я, перевела взгляд на витрину, прочитала надпись, смутилась и, провожаемая недоуменным печальным взглядом, быстро зашагала по переулку.

Мне захотелось оказаться как можно дальше от этой… конторы, на черной витрине которой серебряные буквы собирались в надпись: «Похоронное бюро. Бурс без сыновей».

***

В общежитие я вернулась, когда стемнело. И афиши у входа уже не было.

Даже следов от нее не осталось! Мисс Раадик проявила принципиальность и расправилась с приклеенным листом бумаги с особой жестокостью.

Позавидовав ее упорству, поднялась к себе. Из соседней комнаты слышались веселые голоса. Много голосов. Похоже, туда набилось человек десять, а то и пятнадцать.

Пожала плечами. Чужие дела меня не интересовали. Рухнула на кровать, не раздеваясь, не разуваясь. Взяла телефон, выбрала нужный контакт, набрала.

– Хэллоу? – от знакомого голоса повеяло чем-то теплым, добрым, родным. И пусть мы не всегда находили общий язык, но…

– Привет, мам, – сказала я, борясь с дрожью в голосе.

– Дорогая! – отозвалась трубка, а перед моим внутренним взором возникло усталое лицо, озаренное улыбкой. – Как ты там?

– Великолепно! Познакомилась с оборотнем, с вампиром и с подозрительным мужчиной, готовым заплатить мне пять тысяч за плевую работенку, – про Лизу, про Бобби и карандаши я решила умолчать.

– Ты… шутишь? – выдала трубка после недолгого молчания. – Ну конечно же, ты шутишь! Дорогая, ты же знаешь, я не всегда понимаю твои…

– Шучу, – отозвалась я, постаравшись придать голосу бодрость.

– Сегодня Лара приезжала…

– Вон оно в чём дело! – обрадовалась мама. – То-то ты сегодня такая… язвительная. Знаешь, не моё дело судить твоих друзей, но…

– Я знаю, что Лара тебе не очень нравится.

– Нельзя сказать, что не нравится! – горячо возразила трубка. – Я никогда не вмешивалась в твою жизнь!..

– …Больше необходимого, – закончила я чужую фразу. – Лучше не будем об этом. Лучше я про университет расскажу…

И рассказала.