Тревожный Саббат

Видимо, замок с цепью что-то для нее значат.

– Конечно. Это символ запретного города, где Иней жила почти как пленница. Это как раз то, на что я рассчитывал. Спасибо, ты помогла. Злость – лучше, чем равнодушие.

– Еще Инна с Элей посоветовали мне доказать самой себе и вам, что я – не сумасшедшая. И попытаться сфотографировать призрака. Я так и поступила. Вчера мне дважды стучали в дверь, но никого не было. Смотрите, на снимке тот самый призрак, которого я все время вижу.

Ким показала фотографию, внимательно наблюдая за лицами фаерщиков.

Ингрид и Чайна были заинтригованы и немного испуганы. А вот в глазах Заратустры читалось нечто странное: смесь недоверия и удивления и чего-то еще, но никак не страх.

Несколько минут фаерщики молчали.

– Главное, не потеряй разум, девочка, – тихо сказал Чайна. – Теперь мы верим тебе целиком и полностью. Держись, будем думать, как помочь.

– Я на грани… – прошептала Ким.

Ребята виновато опустили глаза и распрощались.

Девушка несколько часов бесцельно бродила по городу.

Вернулась Ким затемно. Уже подходя к дому, почувствовала что-то неладное. У девушки участилось дыхание. Дрожащими пальцами она попыталась набрать номер Еретика, но тот не отвечал. Видимо, заснул или заигрался в «Доту», сидя в наушниках.

А затем Ким ощутила знакомый пронизывающий холод.

– Нет… – пролепетала она, когда в двадцати шагах возник призрачный образ.

И тогда Ким все поняла. И снова набрала номер. На этот раз Асмодея:

– Нам надо встретиться. Это срочно!

– Ну… хорошо, давай в пабе «У старого ирландца», – протянул фаерщик с едва заметным недовольством.

– Нет! Только в твоем доме, в твоем нелепом домишке! – истерично выкрикнула девушка.

– Но… Чайна со мной, и мы отдыхаем.

– Да плевала я на ваши пьянки, – жестко сказала девушка. – Дело касается тебя напрямую. Я смотрела на ваши лица, когда показывала снимок с призраком.

– Так, жди, через полчаса за тобой заедем, – мгновенно оценил ситуацию парень.

Ким открыла дверь ключом и увидела спящего Еретика

– Ну и сволочь же ты, даже не проснулся, – проворчала она. Затем, скинув одежду, встала под душ. Наслаждалась горячей водой и постепенно успокаивалась.

– Ты расскажешь мне правду. Всю целиком. Потому что недомолвки и утаивания не намного лучше лжи, – пригрозила Ким кому-то.