Книга вторая. Кукловод

– За что?

– Правильный вопрос не «За что?», а «Зачем», – наставительно прокомментировал генерал. – Затем, что на тюремной баланде человек становится более сговорчивым, и охотней идет на сотрудничество.

– Я тебя понял, Андрей Геннадьевич, дальше можешь не продолжать. Если ты считаешь, что это единственный выход, то я готов помочь тебе. В меру своих скромных сил и возможностей, и даже немного сверх этого.

– Спасибо, Николай, я знал, что ты поймешь меня.

И, ставя точку в этом разговоре, округлые бокалы в руках двух мужчин с легким мелодичным звоном соприкоснулись друг с другом.

Глава 7

Сегодня в коридорах ведомства было как никогда многолюдно, и каждый встречный смотрел на Андреева так, будто пытался сказать: «Я знаю, к кому ты идешь, знаю, зачем!», и капитан внутренне сжимался от этих взглядов. Но, тем не менее, продолжал шагать в нужном ему направлении.

Конечно же это все неправда. Никто из окружающих ни о чем не знает, и вряд ли даже догадывается, это просто нервоз и разыгравшееся воображение.

Но просто сказать себе и действительно убедить себя – сильно разные вещи, так что капитан продолжал сгорать от внутреннего беспокойства и изводиться бессмысленной тревожностью, пока не дошел до кабинета с невыразительной казенной табличкой из красного пластика.

«Заместитель ОКТ полковник Демин Д.Л.» – гласили буквы противного мутно-жёлтого цвета.

Застыв перед дверью на несколько секунд, собираясь с мыслями, Андреев резко потянул ручку вниз и вошел без стука.

В кабинете обнаружился нервно вышагивающий рослый мужчина с выдающимся животом и некрасивой бородавкой, прицепившейся к кончику его мясистого носа. Повернувшись на звук открывающейся двери и завидев визитера, он раздраженно пробормотал, не тратя время на приветствие:

– Наконец-то, мать твою, Саша! Я уж думал, ты заблудился по дороге.

– Здравия желаю, товарищ полковник. – Капитан Андреев не обратил на не самую дружелюбную реплику никакого внимания. Он давно уже привык игнорировать все подобные выпады не только от Демина, но и от любых других старших по званию.

– Да-да, здравия. Роняй задницу на стул, разговор у меня серьезный к тебе.