Чистая смерть

Немного погодя вода в ванной перестала литься, послышался треск надрываемого бинта, потом стукнула дверь, скрипнуло несколько половиц в коридоре под неверными, запинающимися шагами, а шаги затихли в комнате. Тогда Нелли, затаив дыхание, прокралась следом.

Он лежал на диване в тех же джинсах, в которых валялся в подворотне, где Нелли его нашла. Запачканную кровью рубашку, достав пулю и перевязав рану, сменил на домашнюю футболку. Он лежал, сложив руки на груди, но и так было видно, что по изношенной серой ткани расползается, мало-помалу останавливаясь, свежее пятно.

Нелли задержалась в дверном проеме, сжимая пальцами потрескавшуюся краску косяка. Он лежал недвижимо, сложив руки на груди, оперев голову о подлокотник, и следил за ней из-под прикрытых век. Нелли оглядела комнату – тесную, но казавшуюся пустой, как и кухня – прошла и присела рядом с ним, на краешек низкого кресла, стоявшего у изголовья.

- Я могу чем-то помочь?

Он закрыл глаза в знак отрицания. Потом снова посмотрел на Нелли.

- Холодно. 

Она скорее угадала слово, чем услышала, но догадаться ей было нетрудно – последнее время она сама мучилась от холода. Нелли встала, озираясь кругом. Протянула руку к батарее: топили плохо, сквозняк, дующий из оконных щелей, прогонял тепло. Напротив дивана стоял шкаф, припадающий на одну ногу, с покосившейся дверцей, которая не закрывалась плотно. Нелли залезла в шкаф – на верхних полках нашелся шерстяной плед. Должно быть, остался от предыдущих хозяев, как и посуда с заваркой на кухне.

Нелли укрыла его так тщательно, как могла, не беспокоя рану. Он выпростал руки и на мгновение сжал ее пальцы, когда она подтягивала плед повыше.

- Спасибо.

- Не стоит, - Нелли вздрогнула от ледяного пожатия. 

Снова не зная, что делать, она поддернула рукав и бессмысленным жестом попробовала его лоб – такой же ледяной. Заодно убрала прядь темных, еще влажных волос, прилипшую к виску, и, видя его потеплевший взгляд, задержала ладонь.

- Это ничего страшного, - отважилась произнести Нелли, и ей показалось, что прозвучало убедительно. – Все пройдет. Все будет в порядке.  

Он снова закрыл глаза, а губы сами собой растянулись и в улыбке разошлись, как плохо зашитая рана. 

Нелли вспомнила сразу, как умирал отец – те бессчетные дни, что она прождала у его постели, и те последние часы, принадлежавшие уже не столько уходящей жизни, сколько наступающей смерти.