Хроники гномки, или путь целительницы

Собственно, это теперь был уже его кабинет, но он до сих пор не мог свыкнуться с мыслью, что отца больше нет. Особенно здесь, в просторной и светлой комнате с высокими потолками, массивным палисандровым столом и старинными вазами, которые Вардан привёз из Дарнасуса, когда Антуан был еще совсем ребенком.

Здесь всё напоминало об отце, тут прошло детство юного короля, и он хорошо помнил каждую завитушку на ковре, на котором часто просиживал часами напролёт, пока отец работал с бумагами. Антуан подавил вздох.

Дверь в кабинет бесшумно отворилась и на пороге возник камердинер.

- Граф Ремингтон Риджвелл! – возвестил он торжественно.

Антуан слегка поморщился. Несмотря на все усилия, ему так и не удалось отучить старого слугу от излишнего официоза.

- Пусть войдёт уже, - раздраженно бросил он, застывшему в почтительном поклоне камердинеру.

Канцлер, очевидно, провёл полубессонную ночь, это было заметно по набрякшим мешкам и глубоко залегшим теням под его глазами. Приветствовав короля, он занял свое место в кресле напротив.

- Как прошло заседание Совета, Ремингтон? – устало спросил Антуан.

Граф наклонил седеющую голову. – Продуктивно, ваше величество. Нам удалось прийти к консенсусу по поводу решения стоящих перед городом проблем.

- Как было воспринято моё отсутствие? – поинтересовался король.

- Я бы сказал – с пониманием, ваше величество, - отозвался Ремингтон. - В это непростое время никто не может упрекнуть вас в недостатке усилий, прилагаемых вами для блага государства.

Антуан кивнул. – Что ж, - сказал он, - тем лучше. 

Он поднял со стола лист бумаги, лежащий перед ним. – Вот официальный документ, подтверждающий моё отречение, - негромко сказал он.

- Вам нет нужды торопиться, ваше величество, подписать можно позже, да и документ этот имеет ценность, большей частью, для архивов. Так сказать, история.

- Ты прав, Ремингтон, - кивнул головой Антуан. - Я тоже решил не торопиться. И не только с подписанием документа – я передумал отрекаться от престола.

При этих словах он взглянул на канцлера в упор и не мог не отметить выражения паники, мелькнувшее на секунду в глазах графа.