Приёмный

Думаю, они ждали слова благодарности или вроде того, но я был слишком вымотан, как физически, так и эмоционально.

- Я не закончил, - продолжил Тарас. - Как бы там ни было, ты нам должен.

- Что должен?

- Мы тебя вытащили, рискуя своими задницами, и волокли посреди ночи через весь район, - Тарас посмотрел на Желудя, и тот утвердительно кивнул. - Плюс ты проваляешься на койке по меньшей мере неделю, а нам придётся тебя кормить и обрабатывать раны. Так что расклад такой. Свои услуги мы оцениваем в десятку.

Сумма не маленькая, но согласись, оно того стоит?

- Да, - не раздумывая ответил я.

- Мы понимает, что заработать такие бабки будет непросто, поэтому предлагаем на выбор два варианта. Либо ты достаёшь бабки сам, либо становишься частью нашей команды и работаешь с нами, пока не выплатишь долг.

- Что очень даже по-пацански, - добавил Карате.

- С ответом можешь не спешить. Оклемаешься, встанешь на ноги, тогда и поговорим. И на всякий случай я тебя предупреждаю. Попытаешься нас обмануть, мы позвоним копам.

Попытаешься сбежать, мы тебя найдём и позвоним копам. Это понятно?

- Более чем.

- Вот и отлично, - сказал Тарас и вышел из комнаты.

... ... ...

В десять лет я лежал в больнице с воспалением лёгких. Палата с ремонтом, чистое постельное бельё, трёхразовое питание. Те условия были шикарными по сравнению с каморкой Карате, но я не жаловался.

Каждый день Карате менял повязки и обрабатывал раны. Супами и кашами не баловали. Чаще всего я ел еду быстрого приготовления: пиццу, спагетти или другой фаст-фуд с улицы.

Какое-то время я злился на пацанов. Не очень-то хотелось доверять людям, которые готовы были меня продать, но через пару дней злость прошла. Что ни говори, а они на самом деле имели полное право бросить меня в той канаве. Но не бросили.

С третьего дня я начал понемногу вставать и прогуливаться по каморе, когда Карате не было дома. Дома его не было часто. Похоже, помимо кражи алкоголя из дорогих домов у них хватало и других дел, но Карате со мной о них не говорил.

К концу первой недели я дошёл до конца коридора и посмотрел в щель подвальной двери. Улица оказалась в одном шаге, но мой шаг был ещё слишком неуверенным.

В свободное время я занимался... ничем. Карате не пользовался телефоном, который я мог бы попросить, чтобы посёрфить в интернете, а книг в его каморке нашлось всего две, и обе они закончились слишком быстро. Был телек, но от постоянного шипения болела голова.