София слышит зеркала

Тот, правда, не подозревал, что из охотника резко превратился в жертву. И если б не замешкался и успел юркнуть за жертвой, то вполне бы мог выиграть каких-то несколько минут.

Шатт скользнул на дорогу чернильным пятном, расползся громадным кракеном. Крампе в мгновение ока оказался рядом. Выбросил вмиг материализовавшуюся руку и сжал свою жертву. Шатт захрипел, извиваясь в стальной хватке. За пару секунд сменил несколько химерных обликов, от скалящейся мантикоры до зубастого вервольфа. Однако, как следует разглядев своего пленителя, замер.

Крампе наблюдал за происходящим с лёгкой ленцой и весьма слабым интересом. Пальцев не разжимал, только сильнее впивался выскользнувшими из плоти когтями в горло шатта.

Тот забулькал что-то невразумительное, глядя на Крампе расширившимися от ужаса глазами. Судорожно захрипел, бросив взгляд налево, туда, откуда неслась навстречу им машина.

Крампе даже не шелохнулся. Ни когда фары осветили его фигуру, ни когда машина пронеслась сквозь них обоих, не причинив ни малейшего вреда.

— Я сегодня не в настроении, — мрачно сообщил Крампе. — Поэтому советую говорить быстро, чётко и желательно без попыток увильнуть. Ты меня знаешь.

На последних словах его голос резко понизился, переходя в глухое рычание. Шатт сжался, в его теневых глазах плеснуло отчаяние, но он прекрасно понимал, что долго тянуть с ответом не получится.

— Да, господин, — наконец-то прошелестел он.

— Зачем ты преследуешь Софию?

Шатт, кажется, сглотнул. Во всяком случае, со стороны это выглядело именно так.

— Король… Мой король приказал. Нужно связать её тень, чтобы он мог подчинить девчонку своей воле.

Крампе немного поморщился. Опять сюда лезет этот выскочка. Но просто так он ничего делать не будет. Значит, всё не так просто. Интересно-интересно, просто замечательно.

Шатт, кажется, немного расслабился.

— Что он хочет сделать с девушкой?

Вопрос вроде простой, но тон вышел чересчур грозным. Поэтому шатт испуганно замотал головой:

— Я не знаю. Слугам такое не говорят, мы…

Он бормотал что-то ещё.

Под когтями мерзко чавкнуло. Крампе разжал пальцы, отпуская шатта. Тот растаял бесформенной тенью, как никогда и не было. Да уже и вправду не было.