Будь моим Пассажиром

Вместо пестрых шаманских нарядов и украшений – простые джинсы, черная водолазка и ветровка, хотя день был довольно холодным, и единственный простой кулон. Вместо вплетенных бусин и перьев – распущенные волосы, мокрые и прилипшие к лицу. И как-то шутить про девочку из «Звонка» совершенно не тянуло. Потому что, ладно, даже Тундре могло захотеться простоты. Но такого отрешенного взгляда у нее совершенно точно не было никогда.

- Некромант, - и такого голоса у нее тоже никогда не было. – Я к тебе.

- С машиной что-то? – Некромант говорил небрежно, но Вадик видел, как он напрягся.

- Нет. Со мной.

- Поднять или… - Вадика передернуло. Ну не к месту сейчас такие шутки! Но Некромант и сам осекся, когда Тундра повторила:

- «Или».

Некромант решительно шагнул наружу, уже не обращая внимания на дождь. Тундра долго молча смотрела на него, собираясь с силами, и наконец проговорила:

- Я взяла Пассажира. И… я потеряла ее.

Вадик тоже выбрался на крыльцо. К черту холод, тут происходило что-то совершенно немыслимое, и оставаться в стороне он никак не мог.

Некромант и тот убрал с лица вечную кривую усмешку и так же, как недавно Вадику, почти приказал:

- Рассказывай.

Тундра посмотрела на него снизу вверх и разрыдалась. Вадик не знал, куда себя девать. Хотелось подойти и утешить, но Некромант ведь говорил вообще оставаться в доме… Да и что тут скажешь? Все это было как-то категорически неправильно, этого вообще не должно было происходить, потому что нельзя же, чтобы Тундра вот так вот… Но Тундра, немного успокоившись, наконец заговорила все тем же отрешенным голосом:

- Нам было так здорово вместе… Я подобрала ее на трассе, она ушла из дома, говорила, ее там обижали… Это ее я почувствовала, когда от Форестера сорвалась.

Она просто шла по обочине, вот так, под дождем. Говорила, в реку или под машину бросится, лишь бы не домой. Я взяла ее к себе… назвала своим Пассажиром… с нашими познакомила… Настя. Никакого другого имени получить не успела. Она была младше меня, хиппушка такая, как я когда-то, только светлая вся, белокурая, даже на дорогу в белой тунике ушла. Я думала – вот теперь я настоящий Водитель, я всю Россию ей покажу, всему научу… А она…

Тундра снова разрыдалась. Некромант молча ждал. Вадик готов был наплевать на все запреты и высунуться, но она заговорила снова:

- Она умерла. Мы по всей Сибири колесили, так радовались, жили у меня в машине… А у нее сердце было больное. Она думала, все прошло, потому что ей стало хорошо со мной. А потом она не проснулась.