Разлом/Освобождение

И всё могло бы хорошо закончиться, плюнь он на всё да развернись и уйди назад, домой... но он задержался на пепелище, и этого оказалось достаточным чтобы...

— Нет, пожалуйста, не надо! — раздался необычно слезливый голос толстяка, который принимал дневные находки и выкупал их за твёрдую валюту. — Сжальтесь!

Виктор оглянулся и словно получил тяжёлый удар по голове, — ноги подогнулись, а мозг разболелся самым ужасным и скверным образом. Мужчина зажмурился. В ушах звенело, а во рту возник привкус крови.

Его никто не ударил, но боль была и именно что такая, как от тяжёлого удара! Мужчина слышал захлёбывающийся стон, но не мог открыть глаза. Он сжимал руки, что было сил, словно это могло ему как-то помочь.

— Гори, — сказал спокойный и знакомый Виктору голос.

Вокруг начал трещать огонь. В ноздри ударил удушливый запах палёной плоти. И Виктор услышал истошный крик толстяка, который был совсем рядом. Хлопнула дверь. Виктор с трудом раскрыл глаза, но тут же закрыл их, — дым ощутимо резанул по глазам.

То, что за какое-то мгновение успел увидеть, он пытался осознать всего пару мгновений, прежде чем ринулся к входной двери, спасаясь от обжигающего жара. И он явственно запомнил чувство, как выставленные перед собой руки наткнулись на дверь. Запомнил чувство жара и того, как подгорали его длинные, спутанные волосы.

Повалившись на мусор, Виктор заходился кашлем. Вокруг вновь был жаркий день, но не такой жаркий, как только что был на пепелище. Виктор совершенно забыл, что каморка сгорела до его прихода.

В груди беспокойно колотило сердце, он раскрыл глаза и посмотрел туда, где слышался истошный крик. Одно мгновение, всего одно мгновение он видел каморку, полностью объятую пламенем, а после... раз, и вновь просто пепелище.

"Что за бред тут происходит?" — тяжело дыша, подумал он. "Что за грёбанное издевательство!"

Ему не верилось в то, что это могло происходить на самом деле, — слишком не правдоподобно. Настолько это выглядело неправдоподобно, что легче и проще было поверить в злой розыгрыш.

Утирая холодный пот, Виктор поднялся на ноги. Он ожидал, что сейчас на него обрушиться злой и насмешливый смех. Он был к этому морально готов. Собрался с духом и ждал, свирепым взглядом окидывая округу. Но никто не спешил уверять, что это и в самом деле было шуткой. В принципе никто не спешил ни убеждать его, ни разубеждать. Никого вокруг не было, только он один. И это уже начинало беспокоить и пугать.