Попутчики

Не боишься, что я не остановлюсь вовремя и поломаю тебе поле? Не говоря уж о том, что я вообще-то не врач. Ты настолько мне доверяешь?

– Всего лишь отвечаю взаимностью.

Он глотнул шампанского, почти успев оправдать этим прихлынувшую к щекам краску. А потом долго молчал, явно не желая соглашаться. Однако ни протеста, ни попытки сменить тему тоже не последовало, и Мэй заговорила сама:

– Ты бы себя видел. Ты же сейчас прямо здесь свалишься. И что я буду делать? В запертом подвале, где даже сеть ловится через раз.

Она ожидала, что Попутчик предложит уйти из университета прямо сейчас, чтобы избежать подобных неприятностей. Но он молчал, и это молчание напугало Мэй больше, чем его вид.

– Я же права, да? Чем ты вообще думал?

– Головой, – мрачно отозвался он. – Но не о том. Ладно. Давай руки.

– Вот так, ладонями вверх.

Голос был послушен и твёрд, хотя на самом деле Крис едва справлялся с волнением.

– Никакой самодеятельности, ладно? – Кажется, он повторял это уже во второй или в третий раз. – Ты не сенсорик и…

– И могу случайно себе навредить, – со смешком закончила Мэй. – Я поняла, Попутчик. Ещё с первого раза.

При этих словах она состроила такую очаровательно-ехидную гримасу, что Крис рассмеялся.

– Отлично. Я это запомню.

Он решительно протянул руки к доверчиво раскрытым ладоням.

Страх смешивался с любопытством и нетерпением, так что самым сложным было ждать. Попутчик, казалось, всё ещё сомневался. Мэй ощущала лишь тепло его рук над своими, и предчувствие прикосновения было почти болезненным.

Ещё пару минут после того, как ладони физика опустились и прижали её кисти к столу, Мэй казалось, что ничего не происходит. Она уже готова была решить, что их эксперимент провалился, не начавшись; уже почти испугалась своей беспомощности, когда мир начал меняться.

Едва коснувшись её поля, Крис понял, что всё получится. Предвкушение пробежало по нервным окончаниям.