Попутчики

Маленький ритуал. Не магический, но всё же действенный.

– Мне приснилось, что уже год прошёл, – тихо сказала Кристина. – Но опять начались какие-то беспорядки, и Совет ужесточил законы о магических наказаниях. Испытательные сроки отменили, и мне отказались снимать блокировку. Как думаешь, глупость?

– Не глупость. – Крис пожал плечами. – Просто сон. Мне вчера снился конец света. С ядерными грибами и прочими спецэффектами. Но не думаю, что стоит срочно эвакуировать людей с планеты.

– Лучше бы ядерные грибы, честно, – улыбнулась Тина.

В сумраке спальни яркий свет лампы закладывал глубокие тени на выразительном лице Криса, делая усмешку особенно графичной, будто нарисованной.

– Не бойся. Если что, я придумаю, как снять блок, – пообещал брат. – Или сама сломаешь. Судя по тому, что я видел, у тебя неплохие шансы.

Да уж, неплохие… Тина поёжилась. Её движение не укрылось от Криса, и он опустил взгляд, поняв, о чём напомнил и в чём невольно упрекнул.

На самом деле больше всего Тина стыдилась не опасных снов, которые приходили независимо от её воли.

Угрызения совести вызывало другое. Серые тени, которые не то мерещились, не то действительно частенько проступали под глазами брата. Резкие складки на лбу и плотно сжатые губы – за мгновение до осознания, что он не один в комнате. А ещё то, что тихий стук в стену ни разу не застал его спящим.

Об осенней эмоциональной блокаде и её причинах Крис, пусть и неохотно, рассказал сестре сам: после настойчивых расспросов объяснил коротко, не вдаваясь в детали. Подробностями позднее поделилась Джин.

И заодно упомянула об энергетических щитах, окружающих комнату чересчур восприимчивого сенсорика. Крис не говорил о том, что снял барьеры, но Тине его слова и не требовались – то, что брат просыпался от её снов, не оставляло места для сомнений.

Ей давно стоило всё это прекратить. Хотя бы попытаться. Объяснить героическому мальчишке, что он вовсе не обязан отвечать за последствия её решений. Что она ценит его заботу, и это не изменится, если он отгородится от её ощущений, которых и врагу-то не пожелаешь, не то что брату.

Что она не нуждается в такой опасной для него подстраховке.

Но правда была в том, что именно в этой подстраховке она и нуждалась. Слишком страшно было бы засыпать, зная, что во сне можешь случайно сломать всю свою оставшуюся жизнь, и никто тебя не остановит.

Она хотела попросить совета, но никак не могла решиться. Да и не знала, к кому за ним идти. А потом вдруг поняла, что ищет не совета, а оправдания.