Бумажный тигр (I. - "Материя")

***

Прошло не меньше минуты, прежде чем Саливан наконец смог заговорить.

- Если бы я не видел этого собственными глазами…

- Я же говорил, Новый Бангор сложно уличить в нарушении правил – он сам создает их, когда ему заблагорассудится. Не думаю, что вы должны были увидеть это, Эйф. Это все предназначалось для меня, но я случайно втащил вас в игру, за что, наверно, должен принести извинения.

Саливан мотнул головой, точно конь, пытающийся сбросить завязший перед глазами клок паутины.

- Все то, что вы говорили там, внутри…

- Не берите в голову.

Просто еще один раунд одной старой и порядком надоевшей мне игры. Не первый и уж конечно не последний. Что ж, в этот раз ему удалось меня удивить. Не напугать, но удивить. Недурной ход.

- И вы говорите об этом так спокойно?

Лэйд пожал плечами и едва не зашипел от боли – кажется, и спина была покрыта множеством кровоточащих царапин, которых он прежде не замечал. Когда он вернется в лавку, надо будет избавиться от костюма, лучше всего сжечь.

У Сэнди при всех ее достоинствах слишком живое воображение, обнаружив его, она может придумать Бог весть что.

- А что еще остается? Среди джентльменов не принято покидать стол, пока банкомёт не объявил счет.

Мэнфорд-хаус спокойно глядел на них мертвыми темными глазами. Из дома не доносилось звуков боя, которых Лэйд внутренне ожидал – ни криков, ни грохота мебели, ни звона стекла. Одно лишь только шипение газа, который время от времени вырывался наружу мутными клубами, туманом висящими в воздухе.

Саливан пробормотал сквозь зубы какое-то ругательство, столь плотно сплетенное из английского, полинезийского и ирландского, что Лэйд не разобрал и толики его смысла.

- Уж извините, Чабб, но скорее я поверю в то, что у меня на плечах бочка из-под виски, чем в ваш рассказ об… об острове. Уж я-то точно не являюсь его частью!

- Да ну? – вежливо удивился Лэйд, борясь с желанием отойти подальше от дома, - Что ж, было бы странно ожидать иного.

- Меня зовут Эйф Канлон Саливан! – отчеканил констебль, - Я родился в тысяча восемьсот семьдесят третьем году в Килкенни и прибыл на остров в девяносто третьем, два года назад.

Я знаю это так же точно, как то, что небо находится наверху, а земля – внизу!

- Было бы странно, если бы вы считали иначе, - усмехнулся Лэйд, - Беда лишь в том, что у каждого островитянина, полли он или британец, отыщется история вроде вашей. Их роднит то, что все они фальшивы от начала и до конца.