Бумажный тигр (I. - "Материя")

Думать на бегу было чертовски сложно, мысли вспыхивали в такт срывающемуся с ритма сердцу, которое угрожало расколотить изнутри старую, как бочонок из-под сидра, грудь. Но Лэйд думал об этом, чтобы не думать о чем-то другом. Например, о потухшем газовом фонаре перед бакалейной лавкой. О Сэнди, лежащей возле своего кассового аппарата, бедной юной Сэнди, которая так любит украдкой читать Буссенара, Майн Рида и Уэллса, которая убеждена, что живет в самом спокойном месте Тихого океана…

Лэйд никогда не считал себя кроссарианцем.

Доподлинно зная о могуществе тайных правителей Нового Бангора, окружая себя множеством ритуалов и будучи посвященным во многие секреты Ордена Рубиновой Розы и Золотого Креста, он никогда не унижался до молитв губернаторам острова – ни Монзессеру, покровителю торговцев и лавочников, ни Карнифаксу, Кровоточащему Лорду, властителю крови, ни всем прочим.

Но в тот миг, когда он, повернув, увидел тусклую звезду газового фонаря, сияющую над «Бакалейными товарами Лайвстоуна и Торпа», он безотчетно вознес молитву всем Девятерым.

***

Он не успел унять дыхание, открывая дверь, дыхание предательски клокотало в груди. Дверь приветливо скрипнула ржавыми петлями, и даже этот звук сейчас показался ему мелодичным, как отзвук арфы в руках ангела. Он говорил о том, что их не касался воск. Самый прекрасный скрип на свете.

- Мистер Лайвстоун?

Глаза Сэнди округлились, когда он ввалился в лавку. Неудивительно. Учитывая, какое расстояние ему пришлось покрыть в самое короткое время от Тасман-стрит, он должен был выглядеть как загнанная лошадь.

- Хм-м-ммм… Да, мисс Прайс?

Сэнди, должно быть, уже собиралась уходить. Кассовый аппарат заперт, на столе – безукоризненная чистота. Лэйду не требовалось открывать гроссбух, чтобы убедиться – аккуратным почерком Сэнди в него внесены все цифры продаж за сегодня без единой помарки или ошибки.

- Вы бежали, сэр?

Лэйд с деланной небрежностью оправил на себе мокрый от пота пиджак.

- Кажется, за мной увязалась стая бродячих уличных кредиторов. Вы же знаете, эти голодные мерзавцы становятся сами не свои, учуяв запах чековой книжки! Пришлось улепетывать во весь дух.

Сэнди улыбнулась. Если она и находила его чувство юмора грубоватым или отталкивающим, то скрывала это куда тщательнее, чем Новый Бангор – многие свои тайны.

- Я удивилась, что вы не вернулись после обеда из «Утки», но подумала, что у вас обнаружились срочные дела.