Адский поезд для Красного Ангела

Совершенно очевидно, что эти молитвенно возведенные глаза, этот вопиющий рот имеют для него особый смысл.

Карандаш лейтенанта, спотыкаясь, поскрипывал в полярной стуже помещения.

Тут взорвался мой внутренний Везувий:

– Прекрати записывать! Завтра доктор вручит тебе толстущий, как телефонный справочник, доклад! Так что будь спок, понял?

Тяжелый день сильно взвинтил меня, так что я стал очень раздражителен. Утром я еще был в Лилле, у родных Сюзанны, а теперь, после полуночи, моему взгляду представлялась пустая форма, отвратительная, скрючившаяся, зияющая и разделанная, ставшая уже добычей армий тьмы.

– Ах да! – воскликнул судмедэксперт. – Вы же хотели сразу услышать самое главное, наверное, мне надо было с этого начать. Под языком я обнаружил монету. Старинную монету в пять су. Вам известно значение этого символа, комиссар?

– Монета позволяет попасть в рай или ад, – вмешался Сиберски. – Согласно мифологии, усопший вручает монету Харону, перевозчику на реке ада, чтобы пересечь Стикс.

Dead Alive, Живой Труп, как называли его наши ребята, кажется, был ошеломлен внезапным ответом лейтенанта.

– Да. И все-таки это странно, – добавил он. – Убийца истязает жертву самым жестоким способом и одновременно заботится о том, чтобы избавить ее от страданий в потустороннем мире?

Засунув руки в карманы халата, к нам подошел медик, окопавшийся в глубине прозекторской. Он был похож на огородное пугало, испугавшееся собственной тени.

– Монета во рту может также быть чем-то вроде авторской подписи… Особенностью, которая позволила бы ему отличиться от других, – ответил я, жестикулируя для убедительности. – Она может также быть каким-то тайным знаком или одним из основных элементов его жуткой постановки – элементом, без которого он ощущал бы ее незавершенность. Есть тьма толкований. Главное – найти верное.

Будто кокаин в токсикомана, проникали в меня улики, обнаруженные судмедэкспертом.

В этот момент волна стыда оторвала меня от земли, захлестнула, подхватила, так что я оказался прямо над трупом, стиснула мне челюсти, почти засунув мне в рот свои испачканные землей пальцы, так что лицо мое оказалось в двух сантиметрах от лица трупа…

«Смотри на эту несчастную девушку, бездушный говнюк! – орал внутренний голос.